Усмехнулась. Наивная девочка. Развернулась и вышла. Посплю, пожалуй, в гостиной. Диван у меня не особо мягкий, как кровать, но точно не будет напоминать о коварном, злом волке.
Надеялась, что хоть нормально посплю. Но сон то не шел, то просыпалась чуть ли не каждые полчаса. Снились коварные зеленые глаза, либо же его руки, которые прижимали к теплой груди, чтобы потом превратиться в кошмар, где меня вновь истязали. Всё-таки не смогла сдержаться и опять из глаз хлынули слезы. Давно же я так долго не рыдала из-за мужчины… Давно!
-Да, хэрс, я полюбила тебя, но какой же ты ублюдок! Так нагло врать!
Взяла со столика кружку и кинула в стену, отчего раздался громкий звук разбитого стекла. От этого испытала едва ощутимое удовольствие. Почему моё сердце разбито, а снаружи всё прекрасно? Взяла ещё пару кружек из тумбы и уже со злостью и намеренно кинула в то же место. После битья немного успокоилась. Опять. Интересно, на сколько меня сейчас хватит?
Хэрс. Мне ведь это ещё и убирать. Выдохнула, зажгла канделябр и стала заметать все осколки в совок. Выбросив остатки от посуда, завалилась обратно на диван. Ночью ещё хуже, чем днем. В темноте ты наедине со своими мыслями, страхами. И убежать от этого ты никак не можешь.
Проворочалась пару часов и когда за окном во всю рассветало. Вскочила и побежала за зельем. Открыв крышку, мне в лицо ударил сладковатый запах. Отлично. Перелила всё в небольшую бутылку, которую заранее приготовила. Осталось собрать вещи и переместиться в цитадель. Эль будет в ярости, конечно, но не критично. Она знает всё, что было. Поэтому должна понять.
Остался один момент. Когда мне выпить зелье? Сейчас или в цитадели? Вопрос века просто. Ладно, не хочется Эльне объяснять. Я и так в письме ей подробно всё изложила. А беспамятную меня она пытать не будет. Остались только вещи. Поднялась наверх, в эту треклятую комнату. Старалась не смотреть на кровать. Прошла мимо, приковав взгляд к зеркалу. Нарисовала руны и когда в отражении вместо помятого вида, опухшего лица и красных, заплаканных глаз, появилась моя комната в цитадели, взяла все вещи и просто закинула их на пол. Потом приду и разберу. А комната заперта изнутри. Никто прийти не должен.
Написала письмо себе, Эльне. Вроде бы всё. Положила перед собой, чтобы видеть. Отлично, теперь можно пить. И забывать этого урода к хэрсовым собакам. Чтобы ему икалось. Не хэрсу, конечно. Он себя нормально ведет в последнее время. В отличии от кое кого.
Так, ладно. Взяла бутылку и посмотрела на это пурпурное нечто. Забвение интересная вещь. Хоть и забываешь последний месяц, и действие длится около месяца. Но всё же, морально какая-никакая, но помощь. Так, пора. Открыла крышку и залпом выпила всё, что сварила. Да, ещё один минус. Надо было выпивать всё полностью, иначе эффекта никакого не будет.
Поставила пустую бутылку на стол, рядом с письмами и села в кресло. Действовать начнет не сразу, а спустя пару минут. Нужно лишь подождать. Прикрыла глаза и откинулась на спинку. Почему-то сразу усталость нахлынула и захотелось спать. Всё из-за трав, которые входили в состав. Наверное, несколько минут отдыха мне не помешает, не так ли?..
Проснулась от громких стуков в дверь. Да что такое? Спать спокойно не дают. Разлепила глаза. За окном вечерело. Это конечно я хорошо так поспала. Встала и потянулась. Странно. Вчера целый вечер упражнялась с клинками, всё тело должно было болеть. Ну или хотя бы какая-то часть. Единственное, что я ощущаю, это непонятную тревогу.
Стук повторился. Да что такое?!
Быстро спустилась внизу и резко открыла дверь, с возмущением уставившись на непонятного волка. С каких это пор волки стали заглядывать ко мне?
-Чего стучим? Вам что надо, неуважаемый?
Этот перевертыш как-то странно посмотрел на меня и кашлянул.
-Майя… Ты как? Давай поговорим?
Так. Стоп. Чего это сейчас было? Я точно знаю, что не знаю этого перевертыша. И точно знаю, что ему не говорила своего имени.
-Откуда Вы знаете, как меня зовут?
Внимательно рассмотрела незнакомца. Его лицо, особенно глаза… Вроде бы где-то уже видела. Смотришь и так… пусто становится внутри, и грустно. Моргнула пару раз, прогоняя непонятное чувство.