Я почувствовала легкую радость Шейна, что нам удалось отыскать вход, но и тут же последовало беспокойство и решительность. Защищать меня и держать по дальше от тех, кто причастен к убийствам магинь. Приятно и мило, но я в принципе могла за себя постоять.
-Так, слушайте меня внимательно.
Эльна обернулась к нам, хмуро оглядев всех, продолжила шепотом.
-Перед нами очень много охранной паутины сильной паучихи. Мы с Майей сейчас будем её убирать. Нам нужно время. Никто не лезет вперед. Если хоть кто-то заденет паутину - во-первых, получит мощный разряд, во-вторых, наши похитители узнают, что мы здесь. Всё понятно?
Многие переглянулись друг с другом, но все утвердительно кивнули.
-Май, следи за мной и повторяй, - тихо сказала Эльна. - Ты в принципе знаешь, как распутывать паутины, но сейчас мы не будем уничтожать нити. Мы аккуратно отведём их в стороны, закрепив на стенах, чтобы не нарушить целостность. Они должны остаться здесь, просто мы создадим проход. Начнём с середины. Поняла?
-Да. Но времени займет это предостаточно…
-Поэтому работаем быстро.
Я и так поняла, что она планирует сделать. Повредив паутину, мы дадим знак, что мы тут. Но если мы аккуратно уберем нити, то можно пройти незамеченными.
Переключившись на магическое зрение, мы принялись за работу, нить за нитью освобождая проход и закрепляя их на стенах так, чтобы они были приклеены полностью к ним. Никто не смел нас поторопить или заговорить. Лишь давали сконцетрироваться и сделать всё идеально.
Спустя несколько минут мы наконец закончили. К счастью, паутина была только у входа, не распространяясь дальше по коридору.
-Всё, путь свободен! Можем идти. Но не приближайтесь к стенам и ничего не трогайте, иначе получите разряд, а паучиха узнает о нас.
Обернувшись, радостно шепнула остальным и посмотрела на Шейна. Мой волк ободряюще и благодарно кивнул и обратился ко всем:
- Мы с Рейвом идём первыми. Остальные - будьте наготове. Старайтесь никого не убивать, они нам нужны живыми.
Обернувшись к нам, Рейв добавил, пристально и с беспокойством смотря на Эль:
-Вы держитесь по дальше, но тоже будьте на готове помочь. Просто так не влезайте и не суйтесь, вам понятно?
Я кивнула. Сражения не были моей стихией. Эльна же цокнула языком, но согласилась.
-Вот и отлично, - облегчённо произнёс Рейв и, хлопнув Шейна по плечу, двинулся вперёд.
Мы пошли следом за ними.
Впереди была темнота, но волки могли отчетливо видеть в темноте. Мы же с Эль перешли на магическое зрение, собственно остальные маги поступили также.
Долго идти по темному тунелю нам не пришлось, ведь вскоре я ощутила, как Шейн напрягся и начал принюхиваться к чему-то. Его лица не было видно, но я поняла, что мы почти на месте.
Эль дернула меня за рукав, заставляя слега сбавить шаг. Придвинувшись чуть ближе, она прошептала:
-Мы почти рядом. Волки учуяли кровь. Ты заметила?
Точно. Я-то даже и не поняла сначала. Вот почему у моего волка мысленно шерсть чуть ли не дыбом встала. Да и остальные уже начали ощущать тяжелый, густой запах железа. С каждым шагом дышать становилось труднее.
Внезапно Рейв поднял кулак, подавая знак остановиться.
В воздухе повисла напряжённая тишина и мы стали прислушиваться. Внезапно раздался резкий женский крик - пронзительный, полный ужаса, но тут же стих. Хэрс, это точно была Лизз. Но двинуться не позволяло понимание, что, если мы сделаем что-то нет, могут пострадать невинные. В том числе эта храбрая девушка, которая решилась отомстить Керту и этой паучихе за смерть подруги.
После секундной тишины раздался глубокий, скрипучий голос, словно он доносился из самой бездны. Это была женщина, её слова звучали тихо, но отчётливо.
-Заткни ей рот, - прошипела женщина. -Она уже поняла куда попала.
Она приказала мужчине, Керту, её помощнику в ужасных ритуалах, заткнуть рот Лизз, которая, уже проснулась и осознала, что оказалась одна среди двух убийц. Её хныканье напоминало звук, издаваемый раненной зверушкой, и тонкий писк просил о помощи. Но женщина, казалось, была безжалостной и холодной. Её голос, как скрип ржавой двери, произнёс:
-Звать бесполезно, девочка…
Голос паучихи обволок меня, как липкая паутина, густой, медленный, пропитанный сладковатой горечью безумия. Безумия?.. Да, именно так - в её словах пульсировало что-то... ненасытное.