— Сейчас спущусь, — сквозь стиснутые зубы прошипел Серхан и, с трудом справившись с собственным телом, поднялся на ноги и поковылял вниз.
11.
11
Антон со своего конца зала видел, как Лоя подошла за шампанским к Серхану. И что бы потом Мамат ни говорил, со стороны в этот момент он выглядел как полный идиот с открытым от изумления ртом. Если бы Брискич не знал наверняка, то счёл бы, что Серхан влюбился.
О себе Антон, впрочем, тоже был невысокого мнения. Руки действительно дрожали — и от нервов, и от непривычки таскать такой широкий поднос с закусками; этому почему-то не обучали на курсах боевой подготовки, и в школе тоже не было факультатива. Хорошо хоть задача парня на этот вечер была максимально простой: наблюдать за порядком и учиться растворяться в толпе, работая под прикрытием. Последнее оказалось самым трудным для малоопытного специального агента. Рост Брискича в сочетании с его неуверенностью и неуклюжестью выделяли его из толпы гостей и хорошо натренированных официантов, которые с самого начала подозрительно косились на незнакомца, но, к счастью, не засыпали вопросами. Учтивость и обаятельная улыбка Антона не слишком сглаживали впечатление, но он старался изо всех сил не подвести команду.
К Антону постоянно подходили гости приёма — тарталетки с икрой пользовались популярностью. Парень и сам был бы не прочь их отведать — от голода и нервов желудок стянуло в тугой узел, — но нельзя. Максимум, что было можно — так это голодными глазами смотреть на закуски, улыбаться гостям, которые даже его не замечали, и подпевать выступающей певице.
Хуже стало, когда к нему подошла именинница Донна Урлин. Слова Стефана: «На тебе безопасность Донны» колокольным звоном раздались в голове, ладони как назло вспотели, и в момент, когда девушка потянулась за тарталеткой, поднос накренился.
— Аккуратнее, молодой человек, — услышал Антон её голос. Ему стало одновременно стыдно и приятно — в конце концов, девушка сказала это с куда меньшим пренебрежением, чем могла бы.
Он едва ли членораздельно пробормотал извинения и уткнулся взглядом в спину уходящей от него девушки. Её походка была уверенной, но естественной, что отличало её от подружек, которые перемещались по залу как по подиуму. Антон ожидал разнос от Стефана в ухе, но на удивление босс молчал, и поэтому ничто не мешало Антону разглядывать копну длинных тёмных волос и изумрудно-зелёный подол, из-под которого при шагах виднелись каблуки заоблачно дорогих туфель — Антон запомнил, что накануне рассказывал ему о последних трендах в мире модной обуви Киллиан, лучше всех из агентов разбирающийся в моде и искренне желавший подготовить Антона к тому, что он может увидеть.
Вот только Киллиан не подготовил Антона к тому, что в жизни Донна Урлин гораздо красивее, чем на фотографиях в социальных сетях. На её лице сиял энтузиазм молодости, практически не подпорченный трагедией жизни. Лучший возраст для каждого, жаль, пролетающий быстрее кометы.
— Пялишься как влюблённый дурак, — прозвучал в ухе Антона насмешливый голос Серхана. Брискич заметил его у противоположной стены. — Хотя девчонка и впрямь что надо.
Антон дождался, пока с его подноса заберут последнюю закуску, после чего стремительно скрылся на кухне и только оттуда ответил:
— Я не пялился. Просто она моё задание на сегодня.
— Учись брать от жизни всё, — возразил Серхан с интонацией восточного мудреца. Антон поразмыслил и пришёл к выводу, что на мудрость эта мысль никак не тянула.
Обновив поднос, Антон вернулся в зал. Айван Урлин как раз заканчивал произносить тост в честь дочери — девушка стояла рядом и скромно улыбалась разномастной толпе гостей.
В ожидании новостей от Серхана или Стефана Антон ещё раз обновил поднос, но в наушниках была тишина. Он разглядывал гостей, старательно выискивая знакомые лица. С запоминанием людей у молодого агента была беда, но забыть лица членов Союза у него не было шансов — Стефан об этом позаботился. Один раз промелькнул мужчина в белоснежном костюме, и Брискичу показалось его лицо знакомым, но второй раз этот гость в зале не объявился, и парень списал это на свою собственную нервозность.
Вскоре к нему вновь подпорхнула Донна в компании нескольких девушек; одна из них как раз недавно пела, и при других обстоятельствах Антон попросил бы с ней селфи.
— А мы вас искали! — Весело проговорила именинница громким голосом. Её кристально-голубые глаза задержались на лице Антона, затем быстро переключились на поднос в его руках. Антон остро ощутил, что только что покраснел до кончиков его выдающихся ушей. Донна тоже заметила это смущение, поэтому сочла необходимым пояснить: