Стефан ведь на это способен, Тео знает. Босс может быть с людьми обходительным, располагающим к себе и заботливым. Но сейчас Шнайдер буквально не может переступить через внутренний барьер ненависти ко всему, что связано с Союзом — эта война стало чем-то личным для него.
Словно в подтверждение его мыслей босс добавляет более спокойно:
— Поймите. С Адамс и так нелегко разговаривать, а если она почувствует нашу слабину, то...
— А ты надеялся, что объяснишь ей, что её парень — убийца, и она тут же его разлюбит и предаст? — Саркастично замечает Тео.
— Ну, было бы неплохо, — отвечает простодушно Шнайдер и заходит в допросную.
24.
24
Из-за ножевого ранения в плечо врач временно отстранил Пейдж О’Коннелл от тренировок, а когда спецагент попыталась оспорить это решение, Стефан разразился целой тирадой о важности полного восстановления.
— Радуйся, что тебе не прописали постельный режим и никто не запрещает тебе приходить в офис, — добавил он в конце.
Это не слишком воодушевило Пейдж. Серхан только недавно вернулся в строй после инцидента с Лоей. Соскучившийся по друзьям, он рвался поболтать с каждым — прежде всего, чтобы выяснить как можно больше подробностей о миссиях, которые он пропустил.
— Почитай отчёты, — вежливо предложила Пейдж после десятого вопроса подряд, не отрываясь от своего скетчбука, который держала так, чтобы никто не мог видеть его содержимое.
— Прочёл, там сухие факты. Скука! — Серхан уселся на край стола Пейдж и нагло заглянул в её альбом. Девушка едва успела прижать его к груди. — Кого рисуешь? Меня? Или новички заказали свои портреты?
— Не твоё дело! — Нервно ответила Пейдж, выдохнула и перешла на нормальный голос. — Иди потренируйся, что ли.
— Я только что из спортзала, — довольно ответил Серхан. В его зрачках традиционно плясали черти. Пейдж подумала, что если Мамат однажды пропадёт, то будет достаточно объявить, что пропал турок с сумасшедшими глазами и безумной причёской, и все вокруг сразу поймут, кого искать.
— Я чувствую, — демонстративно сморщила нос девушка, чем насмешила коллегу. — Спустись в тир, вспомни, как пистолет собирается.
— Такое не забывается, — Но идея Серхану понравилась, он даже со стола вскочил. — Пойдём со мной.
— Я не могу. Ты пост сдал, я пост приняла.
Мамат махнул рукой и хотел было что-то сказать, как на пороге показался Стефан, в котором О’Коннелл увидела сейчас ангела спасения.
— Зайди-ка ко мне, — поманил он парня пальцем. — Дело есть.
Серхана не надо было просить дважды, и Пейдж осталась наедине со своим наброском.
Её правая рука машинально дорисовывала портрет человека, пока она прокручивала в голове детали спасения Донны.
...Перед заданием Пейдж думала, каково ей будет, если она столкнётся с Виком. Но как только отряд вошёл в дом, в её поле зрения попал Рихтер, и она, не задумываясь больше ни о чём, выстрелила. Хоть и промахнулась, но на её пути вырос его телохранитель. Раньше она не сталкивалась с ним так близко, поэтому резкие суровые черты и безразличный взгляд сбили её с толку. Секундная заминка стоила спецагенту оружия — Нур выбил пистолет отточенным движением, а следом схватил девушку за плечи и отшвырнул в сторону. Пейдж впечаталась в пыльную гардину и упала на колени, но даже не успела перевести дух, как почувствовала тяжелую ладонь на своей шее. Нур схватил её за воротник и легко поднял в воздух только для того, чтобы с силой ударить её о подоконник. О’Коннелл мгновенно почувствовала металлический привкус крови от прикушенного языка, а нос наконец-то начал улавливать запах гари: дом уже пылал. Пейдж собралась с силами. Она успела перевернуться, заметить приближающийся кулак и увильнуть в сторону. Удар Нура пришёлся в деревянный подоконник, а специальный агент в это время уже дотянулась до ножа на поясе. Она замахнулась им, целясь в плечо или грудь, но Нур дёрнулся так резко, что лезвие располосовало ему лицо от щеки до края лба. Кровь тут же начала стекать ручейками, но и это не остановило телохранителя. Нур сдавил руку девушки и выхватил нож, а затем без промедления всадил острое лезвие ей в плечо. В глазах потемнело от боли, а пляшущие языки пламени скрыли, куда и когда исчез Нур. Пейдж поборола желание выдернуть нож и поспешила к выходу.
Со сном у спецагента после этого как-то разладилось. Ромашковый чай и тяжёлое одеяло не помогали, к тому же первые дни плечо ныло, и лежать было категорически неудобно. Тогда она решила хотя бы не терять драгоценное время, которого и так в сутках у неё всегда было недостаточно, и вернулась к любимому, но немного задвинутому из-за работы на второй план хобби — рисованию. Пролистав скетчбук, Пейдж обнаружила, что в последний раз она рисовала, когда специальный отдел только собрали: на страницах были черно-белые портреты всех членов команды.