— Откуда такая уверенность?
— Он бы никогда не покусился на что-то, что дорого мне, — София признаётся Стефану в этом без удовольствия. Внутренние барьеры не дают делиться ничем, что касается их романа, с внешним миром.
Впрочем, от мира внутреннего мало что осталось. Сейчас Адамс не уверена, что имеет право называть Донну подругой. После того, на что подтолкнул её Стефан, она не разговаривала с Урлин и не знает, в каких они теперь отношениях. Софии начинает казаться, что зря она унижалась и просила Антона сообщить Донне о её задержании. Даже если Брискич позвонит ей, она и пальцем не пошевелит, наверное. Только испытает облегчение, что все ужасы в её жизни теперь точно в прошлом.
— Как мило, — резюмирует Стефан с кривой усмешкой.
— Сколько мне ещё сидеть здесь? — София трёт указательными пальцами виски.
— Я не выпущу тебя, пока не узнаю, где прячутся остальные члены Союза. Пока ты не дашь полноценных свидетельств против них. Иначе придётся повесить всё на тебя.
— Мы ходим по кругу, пустая трата времени.
— У меня его полно. Я могу задержать тебя на сутки без предъявления обвинения… — Стефан нарочно делает паузу, а затем продолжает: — С момента, как я официально заявлю о твоём задержании. А этого ещё не произошло.
— Ты не имеешь права!
— Тут у тебя нет прав.
София заранее знала, что ей ответят, но всё равно расстроилась. Могла бы и раньше сообразить, что Шнайдер сегодня играет нечестно.
Телефон Стефана не даёт ему продолжить. Со своего места Адамс не может увидеть, кто звонит, но Шнайдер так торопится ответить, что подрывается с места, с мерзким грохотом роняя стул.
Суетливость спецагента привлекает внимание Софии. Утром он был гораздо собраннее и сильнее, что ли. Но не исключено, что он тоже просто устал. Денёк выдался не из лёгких.
— Да-да, я слушаю! — говорит Стефан в трубку уже на пороге, и после за ним закрывается дверь.
София в очередной раз остаётся в допросной в одиночестве.
34.
34
Лондон встретил самолёт из Рима мелким октябрьским дождиком, но Донну это только порадовало — при несомненных архитектурных и гастрономических достоинствах Италии там было слишком солнечно, а это плохо сказывалось на коже девушки. Поэтому она с удовольствием наслаждалась прохладой, пока ждала, когда водитель подгонит автомобиль.
Родители сегодня были заняты, но её обещал встретить Антон, который всего минуту назад позвонил, предупредил, что задержится, и попросил не уезжать без него. Раз уж выдалась минутка, Донна попыталась поправить макияж. Делать это, одновременно держа зонтик, было затруднительно, и зеркальце то и дело норовило выскользнуть из рук.
— Разрешите вам помочь?
Донна резко обернулась. С предложением подошёл мужчина средних лет, немного ниже её ростом. Его осанка выдавала человека, который проводил большую часть времени за письменным столом. Он благожелательно улыбался, а капля дождя на кончике носа лишала его всех шансов выглядеть опасно. К тому же, он поспешил объясниться:
— Мисс Урлин, я специальный агент Интерпола Стефан Шнайдер, непосредственный начальник Антона, с которым вы уже имели честь общаться.
— Приятно познакомиться. Подержите, — вежливо улыбнулась Донна и протянула Шнайдеру зонтик. Она сделала вид, что совсем не удивилась осведомлённости Стефана об её личной жизни. — А где Антон?
— Полагаю, он приедет вместе с вашим телохранителем. У нас есть минутка переговорить наедине, без посторонних.
Неприятное ощущение засады смутило девушку, но она продолжила поправлять помаду на губах, глядя в маленькое зеркальце, пока Стефан прикрывал её от дождя.
Не дождавшись ответа, Шнайдер продолжил:
— Дело важное и достаточно срочное. Можно сказать, это вопрос жизни и смерти. Конечно, прямо сейчас с агентом Интерпола вы в безопасности…
— Если бы Интерпол работал лучше, я бы не была в опасности в принципе, — ответила Донна, убирая косметику в маленькую сумочку.
— Да, вы имеете право злиться, — не обращая внимания на шпильку, продолжил Стефан спокойно, — но, тем не менее, нам нужно спасти вашего отца.
На секунду Донне стало стыдно за свой тон. В конце концов, агенты уже несколько месяцев помогали её семье, и не они виноваты в переживаниях и бедах девушки. Наоборот, они делали всё, чтобы у неё было как можно меньше проблем.
— Я вас внимательно слушаю.
Шнайдер несколько раз обернулся, убедившись, что толпа прошла мимо и не обращает на них внимания.
— Нашему отделу достоверно известно, что в ближайшее время на вашего отца будет совершено покушение. Мы не знаем, где и когда, но знаем точно: это сделает Эрик Рихтер. Вы уже слышали это имя?