— Не могу сказать, что именно это было моей изначальной целью… В тот же вечер мы наведались в «Коринтию», но Рихтера там уже не было. Куда он отправился?
— Он мог уехать куда угодно. Может, он следил за мной. Может, решил пока скрыться. Я не знаю, и знать не хочу. Пожалуйста, защитите меня от него, сделайте что-нибудь…
— И что же вы мне предложите взамен на вашу безопасность?
София замялась, собираясь с мыслями, а когда всё-таки решилась заговорить, у Тео зазвонил телефон. Стефан жестами показал подчинённому выйти из кабинета и не мешать, но Тео не послушался и принял видеовызов.
На экране был Эрик Рихтер. Тео впервые видел его так близко, но единственный вопрос, который его сейчас заботил, это откуда у Эрика его номер телефона.
— Это мелочи. Передай телефон Шнайдеру, — потребовал Рихтер, и Тео протянул телефон начальнику.
— Ну, здравствуй, Эрик, — весело поприветствовал он свою главную цель. — Рад тебя наконец-то увидеть. Хотя бы так.
— Сразу к делу, — недовольно сморщился Эрик. Ему было явно не до любезностей. — У вас есть кое-что, что нужно мне. Я хочу узнать вашу цену.
Стефан сначала оглянулся на Софию, как бы проверяя, действительно ли это «кое-что нужное» было всё ещё у него. Тео заметил, как напуганная девушка сжалась в кресле. Ему стало противно, когда он представил, что с ней может сделать Эрик, если она вновь окажется в его лапах.
— Даже не знаю, что ещё ты можешь предложить, — с хохотком ответил Шнайдер. — Кажется, у меня всё уже есть. Ну, если только ты сейчас сам придёшь сюда…
— У тебя есть не всё, и ты знаешь, о ком идёт речь.
Стефан недоумённо покачал головой.
— Удиви.
— Вик Делити.
Улыбка сползла с лица Стефана.
— Толку от Делити, если у меня есть та, кто знает тебя лучше всех, — сохраняя достоинство, парировал он.
— Вик вам нужнее. Он ваш престиж. Он государственный изменник номер один. Вернуть его важнее, чем поймать какого бы то ни было преступника. Спроси у своего начальства, — не сбавлял напора Эрик.
Шнайдер сжал челюсть, но отвечать не торопился. Он в задумчивости постучал пальцем по виску, несколько раз бросив взгляд на Тео. Возникшая тишина ощутимым грузом давила на плечи Аманатидиса — либо так сказывалась ночь без сна в кровати.
— Я готов выдать Вика в обмен на Софию, — продолжил Эрик. — Но решать, разумеется, тебе.
— Боже, нет… — Прошептала Адамс, и Рихтер, вероятно, услышал её.
— Передай Софии, что я её очень жду, — ухмыльнулся Эрик и отключился.
Экран потух, и Стефан обескураженно обернулся на Тео, будто у того были все ответы.
Но Аманатидис понятия не имел, как следует поступить.
38.
38
Первым делом Шнайдер распорядился запереть Софию Адамс в одной из допросных и приказал Эйлсе пристально следить за воровкой и никого к ней не впускать. Эта девушка пока что являлась мелкой картой, но могла стать козырем, если Стефан всё сделает правильно.
Рихтер прислал место и время встречи (нерабочий торговый центр где-то в Бирмингеме, как доложила Пейдж, изучив координаты) и ожидаемо потребовал встречи наедине со Стефаном, без посторонних и охраны.
Серхан Мамат тут же заявил, что это ловушка, и сам Рихтер заявится с телохранителем, как в прошлый раз, поэтому и Стефану не стоит ехать незащищённым с тыла.
— Если Стефан появится не один, будет много трупов и никакого толку, — возразил Киллиан. — Мы же не хотим ненужных смертей?
В этот момент Фишер выразительно уставился на Стефана, и у Шнайдера внутри что-то на мгновение сжалось.
— Нет, не хотим, — медленно ответил глава отдела, неосознанно чертя карандашом на листе бумаги одну за другой жирные линии.
Шнайдеру нужно было всё обдумать, пока ещё оставалось время, желательно в одиночестве, но агенты из его специального отдела продолжали спорить и предлагать самые разные варианты — Эйлса вообще напрашивалась поехать вместе с ними, потому что давно не выбиралась в поле. Все советы только затрудняли поиск оптимального расклада. Что-то в происходящем смущало Стефана, но он никак не мог ухватиться за нужную ниточку.
Не желая терять драгоценного времени до встречи с Рихтером, Шнайдер выгнал всех из кабинета. Продолжая водить карандашом по бумаге, он осознал, что отпуск Антона Брискича был весьма кстати — одной помехой меньше. Он не видел ничего дурного в привлечении Донны к операции, ведь удалось расшевелить паучье гнездо и приблизиться к поимке преступников вплотную. Но на душе всё равно скребли кошки, когда он вспоминал об Антоне.
Шнайдер вновь открыл досье на всех членов Союза и, в частности, на Эрика Рихтера. Он перечитывал одни и те же слова раз за разом, вглядывался в буквы, будто надеясь найти какое-то слабое место, прореху в паутине. Он сделал пару пометок в блокноте, но потом вырвал листы и, скомкав, выкинул их в мусорное ведро.