На следующее утро, когда я стояла под душем, а Карл собирался на работу, в дверь постучали. Выключив воду и прислушавшись, я различила торопливые шаги Карла вниз по лестнице, затем его вопрос «кто?» и неразборчивый ответ, произнесенный незнакомым мужским голосом. Потом дверь захлопнулась и Карл, поднявшись на несколько ступеней, прокричал:
— Анни, это почтальон. Принес тебе бандероль. Наверное, та самая книга, что ты купила в интернет-магазине.
Это было как раз то, что приходит, когда совсем не ждешь, — я и вправду напрочь забыла о своем заказе и обрадовалась, как приятному сюрпризу.
— Спасибо! — крикнула я в ответ. — Положи куда-нибудь.
— Лежит на столе в кухне. Я пошел.
— Хорошего дня тебе. Пока, до вечера!
Наскоро смыв пену, я голышом бросилась вниз, вся в предвкушении, как ребенок в рождественское утро. Рядом с вазой для фруктов лежал пухлый конверт с яркой надписью поверх нашего адреса: www.truecrimebypost.com. Я вскрыла пакет — на стол спланировал чек, но мне было не до него, — вытащила книгу и в течение нескольких секунд рассматривала обложку.
Линда Пирси. ЖАЖДА УБИВАТЬ. Шокирующие невыдуманные истории некоторых самых невероятных британских убийц.
Такой макет обложки мог сработать на школьном компьютере какой-нибудь десятилетний тупица: неуклюжие красные буквы на сплошном черном фоне в ореоле дюжины черно-белых снимков, из которых лишь один привлек мое внимание. Фото по пояс, аккуратная школьная блузка с галстучком, большие прозрачные, ничего не выражающие глаза смотрят прямо в камеру.
Прежде чем сесть за стол, я приготовила кофе и зажгла сигарету. Вдыхая острый, клейкий запах новой книги, смешанный с табачным дымом, я пробежала глазами индексный указатель и отыскала главу, посвященную Ребекке. Лихорадочно листая страницы, открыла нужную и принялась за чтение.
27
Из книги Линды Пирси «Жажда убивать», с. 75.
Десятилетняя девочка плакала. Молодой полисмен, направленный сюда, чтобы задать ей несколько вопросов, сидел напротив девочки в гостиной, смотрел на нее и неловко морщился от детских слез. Идя сюда, констебль Брайан Уиллингс понимал, что сообщить ребенку об убийстве лучшей подруги будет делом весьма нелегким, но никак не ожидал увидеть такого неизбывного горя. Тем более что он так старался обходить ужасающие подробности преступления, понимая, насколько опасны они для ушей невинного ребенка.
Обстановка, в которую попал констебль, нисколько не облегчала его задачу. Как и большинству его друзей и родных из города Тисфорд в Восточном Ланкашире, Брайану были привычны тесные, битком набитые жильцами квартирки, обставленные дешевой мебелью, и в роскоши этого дома он чувствовал себя не в своей тарелке. Смущаясь, он задал девочке вопросы, ради которых пришел, — доброжелательно и по-доброму, насколько мог. Спросил, видела ли она свою лучшую подругу в тот день, когда та пропала.
Пока он беседовал с девочкой, ее мать сидела рядом с дочерью и не сводила с констебля ледяного взгляда. Девочка снова зарыдала, захлебываясь слезами, а ее мать, резко поднявшись с дивана, приняла величественную позу. Она была красива, но наводила страх: высокая блондинка, прическа — волосок к волоску, безукоризненный наряд. Услышав ее злобный голос, Брайан невольно вспомнил, с кем имеет дело.
— Она уже сказала вам, что ничего не знает! Вместо того чтобы ловить убийцу, вы доводите мою дочь до истерики? Достаточно. Вы и так отняли у нас времени больше, чем положено.
Пытаясь оправдаться, молодой полисмен лепетал, что он всего-навсего исполняет свою работу. Но дама продолжала бушевать, и в конце концов парню ничего не осталось, как уйти. Прибыв в участок и собравшись с духом, он доложил своему непосредственному начальнику о результатах визита — в ужасе, что инспектор Дэвид Говард прикажет ему вернуться и завершить допрос.
Ничего подобного, однако, не случилось — Говард заверил младшего коллегу, что тот сделал все правильно.
— Я и сам поступил бы точно так же, сынок. Она ведь всего лишь ребенок — что она может знать? Уверен, ты и сам понимаешь, что не стоит действовать этой семье на нервы.
Уж что-что, а это Брайан знал. Семейство Фишер в городе было известно каждому. Деннису Фишеру принадлежала самая крупная в Тисфорде фабрика, а его капитал, по слухам, превышал семь миллионов. Рита Фишер — та самая дама, что выставила представителя закона, — была единственным ребенком крупного финансового магната и его блиставшей в свете супруги. Чете Фишер не было никакого дела до жителей города, но именно эта отдаленность от повседневной городской жизни и сделала их в глазах горожан почти легендарными личностями. Единственным трагическим обстоятельством, омрачающим счастливую жизнь образцовой супружеской пары, была невозможность иметь детей. Но когда они приняли решение взять приемного ребенка, и эта проблема была разрешена. Ангельски прелестная и необычайно умная Ребекка стала дочерью их мечты, и оба новых родителя, и Рита, и Деннис, без памяти обожали свое дитя.