Встав, Гарт обнял Сабрину за талию.
— Спасибо. Может быть, теперь мы, по крайней мере между собой, во всем разобрались.
— Мама, — сказала Пенни, — ты что, забыла? Ты собиралась спросить папу насчет сегодняшнего вечера.
— Какого вечера? — спросил Гарт.
— Карла Шелтон пригласила Пенни в гости, а она не знает, кто там еще будет.
— Шелтон? Это еще кто? Никогда о такой не слышал.
— Ее семья недавно приехала в город.
— У нее день рождения, — сказала Пенни. — Можно, я пойду? Она живет в том большом доме, мимо которого мы шли. Ну, в той громадине, которую так долго не могли продать.
— Но, Пенни, ты не знаешь, кто еще туда приглашен, а мы ведь в свое время говорили об этом, помнишь?
— Госпожа, — сказала миссис Тиркелл, — княгиня Александра хочет с вами поговорить.
Сабрина окинула ее непонимающим взглядом.
— Александра?
Я стою у себя на кухне в Эванстоне, в штате Иллинойс, разговариваю с мужем, специалистом по молекулярной биологии, и одиннадцатилетней дочерью о вечеринке, на которую ей, может, и не стоит идти, в то время как наш двенадцатилетний сын разбирает на кухне сумки с продуктами. При чем тут княгиня Александра Мартова, пусть даже она звонит по телефону?
— Госпожа?
— Да. Спасибо, миссис Тиркелл. — Она взяла телефон и пошла в столовую, где они обычно завтракали. — Александра? Ты откуда звонишь?
— Я сейчас в Чикаго, в «Фэйрчайлде». Дорогая, знаю, с моей стороны это настоящее свинство, но мы остановились здесь всего на одну ночь. Не могли бы вы с мужем приехать и поужинать со мной? Антонио до позднего вечера будет занят работой, а мне так хочется тебя увидеть. Я не знала, что мы тут будем. Летели из Лондона в… сейчас уже не помню, то ли в Детройт, то ли в Питсбург, где Антонио надо было кого-то повидать, а потом он вдруг говорит пилоту, чтобы тот летел в Чикаго. Вот и я решила… Знаешь, я скучаю без Сабрины и подумала, как было бы здорово, если бы мы побыли немного вдвоем. Ты не против, что я это говорю?
— Нет. — Сабрина закрыла глаза и на мгновение представила, как она, Сабрина Лонгуорт, в Лондоне обсуждает с Александрой, в какой ресторан пойти вечером, следующий прием, следующий уик-энд на загородной вилле, следующую морскую прогулку… следующая морская прогулка, яхта Макса, прогулка у берегов Монако, взрыв…
— Дорогая? Если ты занята…
— Нет, мне очень хочется с тобой встретиться. А почему бы тебе не приехать к нам? Мы поужинаем и наговоримся вволю.
— К тебе домой? Но ведь ты живешь не в Чикаго.
— Но это рядом. От тебя это минут двадцать на такси. Хотя… только не говори, что Антонио не взял напрокат лимузин, для него это всегда было на первом месте… — Она запнулась. Зачем я это делаю? Я так легко вспоминаю прошлое, кажется, что…
— Не перестаю удивляться, — сказала Александра, нарушая воцарившееся молчание, — сколько всяких мелочей Сабрина тебе о нас рассказала. Да, он в самом деле взял напрокат машину, и я с удовольствием приеду к тебе. В восемь, хорошо?
Сабрина улыбнулась и подумала: столько времени прошло, а об ужине раньше восьми часов вечера даже говорить не принято. — Отлично. Увидимся.
— Мама, — сказала Пенни, войдя в комнату, где они обычно завтракали. — Так можно мне пойти? Барбара идет.
Сабрина заставила себя переключиться с Александры на дочь.
— Ты мне этого не говорила.
— Я забыла.
Подошел Гарт, и они с Сабриной переглянулись.
— Я не против, — сказал он. — Если бы Вивиан не понравилась эта вечеринка, она бы не пустила Барбару.
Сабрина задумчиво кивнула.
— В десять ты должна быть дома, Пенни.
— В десять! Мама, но сегодня пятница!
— Хорошо. В половине одиннадцатого.
— Мама!
— Пенни, позже нельзя, и ты это знаешь. Когда тебе исполнится двенадцать, можно будет приходить еще на полчаса позже.
— А вот Барбару отпускают до двенадцати.
— Что-то не верится.
— Ну… когда у них дома гости…
— А когда она куда-то идет, во сколько ей нужно быть дома?
— В половине одиннадцатого, — неохотно ответила Пенни, но тут же порывисто обняла Сабрину. — Ладно, согласна. А можно я надену новое платье?
— Да, но его нужно подшить. Попроси миссис Тиркелл.
Пенни помчалась искать миссис Тиркелл, а Гарт и Сабрина повернулись друг к другу.
— Мне так нравится, как ты разговариваешь с ней, — сказал Гарт. — Ее нужно все время сдерживать — вообще-то, с детьми всегда так, тем более если любишь, балуешь их, — и у тебя каждый раз прекрасно получается!