— Джеймс, успокойся, — Малфой заставил друга сосредоточиться на его лице. — Это воспоминания, всего лишь воспоминания. Ты справился с этим уже однажды, сможешь снова!
— Ты когда-нибудь слышал, как твой отец воет от горя, Скорпиус? Ты видел, как он лежит у могилы твоей матери и бьется о землю? — Джеймс чуть раскачивался, тяжело дыша. — Ты не слышал крика Лили. А я слышал. И слышу. Постоянно. Снова и снова…
На плечо Малфоя легла рука. Он обернулся — Ксения. Слизеринец кивнул и встал, давая ей опуститься рядом с Джеймсом. Она не говорила, просто обняла его, чуть укачивая. Он послушно затих.
— Закрой глаза, Джим, — тихо шептала она, а Малфой беспомощно стоял в двух шагах от них. — Закрой. Почувствуй мои руки. Ты их чувствуешь, правда?
— Да, — покорно ответил Джеймс, уткнувшись в ее плечо.
— Хорошо, ты чувствуешь их. Они теплые, правда? Они не делают тебе больно… Ведь нет? — Джеймс помотал головой. — Теперь сосредоточься на них, почувствуй. Не думай больше ни о чем, ладно?
Наверное, гриффиндорец кивнул. Малфой стоял, затаив дыхание. Все-таки она была колдуньей. Ее голос завораживал, и руки, наверное, тоже завораживали. Поттер затих, словно убаюканный ее ничего незначащими словами.
— А теперь представь себе место, где тебе было хорошо, любое место, — Ксения гладила парня по плечам и спине, тихо укачивая. — Представь, что там есть. Может, там есть еще кто-то…
— Ты, — выдохнул гриффиндорец, и Малфой решил, что пора убираться отсюда. Он тихо отступил, стараясь не привлечь к себе внимания, выскользнул за дверь и стал спускаться по лестнице. Наверное, Ксения тоже выбежала из класса за ними. Хорошо, что выбежала — он бы сам не смог так быстро успокоить Джеймса.
Зато он сможет долго и болезненно прибивать того урода, который заставил Поттера так мучиться.
Малфой спустился из башни в тот момент, когда по замку разнесся звук колокола. Где искать этого гоблина? У мадам Помфри. Или у Слизнорта.
Больничное крыло было пусто. Тогда Скорпиус отправился в подземелья. Но он не дошел до них, потому что в коридоре у кабинета Нумерологии увидел Лили Поттер и Грега Грегори, уютно склоненных над какой-то книжкой.
Скорпиус быстро взмахнул палочкой — книга в их руках подскочила и ударила Грегори прямо в лоб, глухо хлопнув. Тот удивленно смотрел на напавший на него учебник, а Лили догадливо подняла глаза и тут же увидела Малфоя. Что-то кинув Грегори, она направилась к Скорпиусу. Он же намеренно завернул за угол.
— Не обязательно было его бить, — заметила Лили, оказавшись рядом со слизеринцем. — Он просто просил помочь ему с одной формулой…
— Нормально… А что, на пятом курсе проходят то же самое, что и на шестом? — Скорпиус облокотился о стену спиной, засунув руки в карманы.
— Нет, он спрашивал формулу, которую проходят на четвертом курсе, — улыбнулась девушка.
— Да, Грегори можно только посочувствовать, память у него короче, чем ноги Флитвика, — Малфой хмыкнул, когда Лили улыбнулась. Потом он перевел взгляд на конец коридора и тут же встал прямо, доставая палочку. Гриффиндорка тоже обернулась и шагнула к Скорпиусу, беря за руку с палочкой.
— Стой, не надо, — попросила она, заглядывая в глаза слизеринца, которые приобрели стальной оттенок. — Пожалуйста…
— Лили, ты же видела, что он сделал с твоим братом! — Малфой не спускал взгляда с удаляющейся фигуры в черном.
— Я прошу тебя, — прошептала она, кладя руки ему на грудь и подняв лицо. — Я боюсь его. Не надо с ним связываться…
— Он напугал тебя?! — завелся еще сильнее Скорпиус, но она не пустила его, просто обвив его шею руками и встав на цыпочки.
— Не уходи, не надо, — тихо попросила она, глядя прямо в его глаза. Сталь превратилась в лед, потом в жидкое серебро, когда она притянула к себе его голову и робко поцеловала в прохладные губы.
И он не ушел. Не ушел бы вообще, если бы через какие-то мгновения в их ушах не раздался колокол, зовущий студентов в классы.
— Обещай, — она отстранилась, но рук не убрала, — обещай, что не станешь мстить. Скорпиус, я прошу тебя. Этот человек не достоин этого… Обещай.
Он нахмурился, но, глядя в ее глаза, не мог сопротивляться. Он кивнул — через силу, борясь со своим «я», требовавшим как минимум крови этого слизняка. Но все-таки кивнул, хотя его малфоевская половина тут же взвыла.
Она улыбнулась, коснулась губами его скулы, а потом развернулась и пошла к классу. А Скорпиус остался посреди коридора, так и сжимая в руке палочку. Потом взмахнул ею от досады и стоящие в нише доспехи громко лязгнули.