— Садитесь, — коротко кинула вошедшим студентам МакГонагалл, поднимаясь. Ксения заставила Джеймса опуститься в кресло, а сама встала позади и положила руки ему на плечи. Наверное, поэтому стало не так сдавливать горло и щемить в груди. Малфой не сел — встал у стены, скрестив на груди руки и не отрывая взгляда от Забини. Слизеринку усадили прямо посреди комнаты. Все смотрели на нее. Очевидно, Присцилле стало неуютно, особенно когда на ней остановился тяжелый взгляд Гарри Поттера.
— Мисс Забини, вы сами нам расскажете, что случилось с Лили Поттер? — спросила МакГонагалл. Все в комнате молчали, глядя на девушку.
— Я не понимаю, о чем вы, — презрительно ответила Забини, но Джеймс видел, как она избегает взгляда отца. Совесть? Есть ли у этой… совесть?
Директриса обреченно вздохнула:
— Хорошо. Профессор Слизнорт, сыворотку, — попросила МакГонагалл, беря с полки кубок и наливая в него воду. Профессор Зельеварения протянул директору маленькую бутылочку, МакГонагалл в полной тишине накапала зелья в кубок и протянула Присцилле. — Вам ведь нечего от нас скрывать, пейте. Вы же понимаете, что мы в любом случае заставим вас выпить…
— Вы не имеете права…
— Мисс Забини, не тяните время, его у нас и так мало, — попросила МакГонагалл. Джеймс смотрел на отца. Гарри судорожно сжимал в руке палочку. Бедный отец…
Видимо, слизеринка поняла всю безвыходность ее ситуации и залпом опорожнила кубок, чуть сморщившись. Джеймс перевел на нее взгляд, когда отец заговорил:
— Мисс Забини, вы знаете, где моя дочь, где Лили Поттер?
— Нет, — тут же ответила слизеринка, и взрослые переглянулись. Джеймс поймал неверящий взгляд Скорпиуса.
Один Гарри Поттер смотрел на Присциллу и продолжал допрос:
— Вы причастны к ее исчезновению?
— Да.
Джеймс дернулся, но нежные руки Ксении удержали его на месте.
— Расскажите, что вы с ней сделали.
— Я поймала ее после обеда и затащила в комнату за гобеленом в холле. Мы заставили ее выпить зелье, потом переодели.
— Кто вам помогал? — голос отца был глухим и даже бесстрастным, но Джеймс видел, как Гермиона медленно гладит отца по плечу, словно придавая сил.
— Мой брат, Фриц, — голос слизеринки был спокойным и размеренным, глаза прикрыты. Джеймс повернул голову к Фаусту, который после слов Присциллы двинулся к выходу и вскоре покинул кабинет.
— Что за зелье вы дали Лили? — продолжал Гарри.
— Оборотное, но не просто оборотное. Я не знаю, что там еще было. Но она стала подчиняться мне. Мы надели на нее мою форму, я отдала ей пергамент и приказала идти к воротам. Ни с кем не разговаривать и не останавливаться. Выйти за ворота, развернуть пергамент и выполнять все, что там написано.
— Что было написано в пергаменте? Вы прочли?
— Да, там было написано, чтобы она трансгрессировала к барьеру платформы девять и три четверти на вокзале «Кингс-Кросс». Там она должна была ждать, когда ее заберут, ни с кем не разговаривать и не двигаться.
— Кто просил вас все это сделать с Лили? — голос отца все-таки дрогнул, он тяжело дышал, лицо оставалось совершенно бескровным.
— Том.
— Кто такой Том?
— Он главный у оборотней.
Все-таки Джеймс застонал, закрывая глаза. Мерлин, его сестра у оборотней! Эта… отдала беззащитную девушку в лапы оборотней!
— Тихо, милый, тихо, — Ксения обняла его за шею, прижавшись губами к его затылку. — Все будет хорошо, доверься нам.
— Как вы с ними связались? — послышался голос Гермионы, потому что отец просто не мог уже говорить.
— Мой старший брат Дрейк сказал, как их найти.
— Почему он вам это сказал? — Гермиона лишь на миг подняла голову, когда вошел Фауст, а с ним испуганный Фриц Забини.
— Я написала ему, что Скорпиус Малфой гуляет с Лили Поттер, что он опозорил меня на всю школу. Я написала, что мне плохо и что я ненавижу Лили Поттер. Дрейк ответил, что, если я хочу отомстить, то должна встретиться с ним в Хогсмиде. Мы встретились и трансгрессировали в какой-то маггловый район. Дрейк сказал мне, куда идти. Я пришла в квартиру, где были оборотни. Том рассказал мне о том, что я должна буду сделать.
— Он дал вам зелье и пергамент?
— Нет. Их дал мне утром мракоборец.
— Какой мракоборец? — Джеймс видел, как дернулся отец.
— Из охраны Хогвартса. Он должен был открыть ворота, когда Поттер примет зелье.