— А внеочередная проверка на лояльность вызвана как раз конфиденциальностью этого дела, не так ли, дорогой товарищ?
Молодой человек поморщился:
— Ну, разумеется, вы же понимаете…
— Понимаю, понимаю, а как же? А что, у вас в Федеркоме это сделать некому?
— Доктор, мы ведь договорились! Вообще это наши проблемы. Но, если вы категорически против…
— Что вы, что вы! Это ведь мой долг как лояльного гражданина.
— Я рад, что мы не ошиблись. Я был уверен в вашем согласии. Присядьте в это кресло…
С этими словами молодой человек, а точнее — поручик из контрольного отдела ФК и одновременно третий секретарь Второго подкомитета Сената, привычно застегнул манжеты на запястьях доктора и протянул ему шлем-маску. «Это еще зачем? — успел подумать Похья, и тут же перед его глазами поплыли радужные кольца. — Стационарный зонд!»
Очнулся он внезапно, ощущая сильную боль в висках, которая, впрочем, почти сразу прошла. Молодой человек терпеливо дожидался его пробуждения.
— Ваш коэффициент 0,95. Завидное постоянство, — одобрительно произнес он. — Сколько циклов, сколько проверок, и всегда 0,95…
— Вы что же, сомневаетесь в результатах тестирования?
— Что вы! Ни в коем случае! Тестирование не дает ошибок, а сегодня вас к тому же подключили к стационарному зонду. Сами понимаете, это продиктовано особенностями задания.
Он так и произнес — «задания», что вызвало иронический взгляд доктора. Но молодой человек вновь ничуть не смутился.
— Ладно, можно приступать. Вот, смотрите, — он протянул доктору карточку, — по этому коду на ваш дисплей будут поступать развернутые психограммы, много психограмм, возможно, несколько тысяч. Ваша задача — выяснить, и как можно скорее, отсутствие аффективной реакции на бэтянских пауков или же скрываемое знание их языка, или «болотной речи». Методика вам, надеюсь, знакома?
— Разумеется.
— Вот и прекрасно. Мешать вам не будут. Когда отберете подозрительные психограммы, вызовите меня, вот номер. Подключатся наши специалисты. Мы рассчитываем на вас, доктор Похья. Удачи.
Никогда еще Мендлис не чувствовал себя в такой опасности, как сейчас. Только вчера он узнал об аресте Пола и нескольких человек на «Бетельгейзе», поставлявших ему лазеры. Вечером новый руководитель службы безопасности Иштван, занявший место внезапно скончавшегося Олрайта, растерянно сообщил ему об аресте еще одного члена правления кооператива — Денича, а также нескольких боевиков и доверенных лиц.
А началось все с того, что три дня назад загадочно исчез Малыш, отправленный за поручиком Сибирцевым. Мендлис требовал от Иштвана каких-нибудь решительных мер, но тот лишь разводил руками, ссылаясь на то, что еще не успел освоиться в новой должности. «Олрайта бы сюда, — злобно думал Мендлис. — Тот хоть и предатель был, а все-таки профессионал».
И вот новый удар! Сегодня утром Иштван сообщил, что за ночь арестованы все члены правления, кроме Саара, отсиживающегося у себя на хуторе где-то в Загороде. Ликвидированы обе группы боевиков. Все известные Иштвану квартиры, снятые кооперативом, проверяются полицией. Наложен арест не только на банковский счет кооператива, но и на все личные счета его членов. В офисе, где работал сам Иштван, произведен обыск. Дело ведет Федерком, располагая, очевидно, исчерпывающей информацией. Функционеры ФК должны быть здесь с минуты на минуту.
Сказав это, Иштван умолк, ожидая распоряжений. Мендлис некоторое время молча переваривал услышанное, потом тихо сказал:
— Подождите меня внизу. Несколько минут, не больше, — и, заметив невольное движение Иштвана, поспешно добавил: — Я тебя не держу, но ты не спеши. Поможешь мне уйти. У меня не все на счетах, кое-что есть и в наличности. Не здесь, разумеется…
Иштван мрачно кивнул и спустился вниз. Кроме него и двух охранников в здании оставался только Мендлис. И, конечно, Сашенька.
Дождавшись, когда за Иштваном закроется дверь, Мендлис вцепился в рукоятки кресла так, что побелели пальцы, и злобно прошипел:
— Предатели! Все предатели! Я же знал, чувствовал это, почему же я не убрал остальных?
Он понимал, что все рухнуло, кооператив «Прогресс» обречен. А главное, провалилось то дело, в которое он вложил всю свою энергию и такие надежды. Виталонг, большая партия виталонга! Двести доз «паутинки» — и он бы выкинул за ненадобностью это проклятое кресло. А теперь? Теперь надо бросить все и бежать из родного дома, как когда-то в молодости, — тогда он скрывался от Мацуды. Жаль только, наличности, о которой он говорил Иштвану, у него почти не было… Затаиться где-нибудь в Городе. Переждать. Пусть дураки вроде Саара отсиживаются на хуторе. Мендлис знает, что камень прячут в горах. Иштван поможет ему уйти, а там видно будет. Уходить надо втроем, оставив охранников прикрывать их. Он, Иштван и Сашенька.