Тут ему в голову пришла еще одна мысль. Он вызвал майора Донателли, командира патрульной роты.
— Дон, здесь Новак. Срочное дело. Ты имеешь доступ к вещам вахмистра Вайцуля?
— Ну, если нужно… А в чем дело?
— Дон, надо сейчас же изъять что-то из его белья. Он ведь, наверное, переодевался перед выходом на Болото. Лучше нестираное… Ну, майку, там, полотенце… Что угодно. И — ко мне. Спешно, Дон!
— Хорошо, — хмыкнул майор, не поинтересовавшись смыслом столь странного задания.
Донателли в отличие от большинства офицеров охотно оказывал Новаку мелкие услуги. Правда, ничего значительного он ни разу не сообщил, и люди его раньше не вызывали никаких сомнений. Да и понятно — патрульную роту подбирали с особой тщательностью.
Техника сообщила о готовности спутника к работе. Новак перешел в соседнюю комнату, где был установлен большой стационарный экран, задал нужный режим и стал внимательно следить за открывшейся перед ним панорамой Болота. Наконец на экране появился патрульный.
…Тяжелый лазер болтался на боку, как детская игрушка, до того супер был высок и широкоплеч. Он огромными прыжками несся через Болото, успевая зорко поглядывать по сторонам. Остановился, сверился с электронным планшетом, еще раз посмотрел вокруг и даже вверх в тот самый момент, когда Новак повернул рукоятку увеличения до предела. Бригадир сразу же узнал знакомое лицо — Вайцуль.
Идущий по Болоту, сняв с плеча лазер, сунул его в пластиковый мешок и аккуратно положил на кочку. Потом медленно выпрямился, отыскивая взглядом одному ему известные приметы, и двинулся дальше.
Новак вывел на экран координатную сетку. Девятый сектор! Что же, Вайцуль уже совершил преступление — покинул охраняемый сектор во время боевого дежурства. Что дальше?
Вахмистр внезапно остановился, соединил перед грудью странно согнутые руки, вывернув ладони наружу. «Мир вам», — понял Новак.
Пауки всплыли тихо, три крупных экземпляра одновременно. Вайцуль напряженно застыл. Наконец последовал ответный жест. Следить за ходом переговоров Новаку было трудно, особенно за жестами супервэриора, находившегося прямо в центре экрана. Легче угадывались движения и статические позы пауков, которые по очереди шевелили своими суставчатыми лапами. Общий смысл все же бригадир уловил: пауки выговаривали Вайцулю за нарушение какого-то соглашения, а тот пытался оправдаться. Пауки методично повторяли одни и те же знаки, а супер постоянно менял позы, переплетая руки и ноги, извиваясь всем туловищем.
Пока шло наблюдение и съемка на Болоте, лаборатория усердно трудилась над вещами вахмистра. Наконец на стол Новака легло заключение. В поту, эпидермисе и волосах, оставшихся на белье, были обнаружены следы недавно принятого виталонга. Контактер, таким образом, был не только выявлен, Новаку удалось собрать против него и добротные улики. Жаль, что сдох паук-перебежчик. Новак, впрочем, утешался мыслью, что материалы его допроса вряд ли были бы приняты судом.
В этот день после посещения крематория Мацуда заглянул, как обычно, в кофейню и выпил две чашечки отменного кофе. Когда он вошел в кабинет, Сянцзы уже ждал его. Пилот был несколько встревожен неожиданным вызовом, однако, взглянув на хозяина кабинета, успокоился. Вид Мацуды свидетельствовал о полном довольстве и безмятежности духа. Сянцзы отметил про себя, что в этот раз владелец похоронного бюро не стал принимать никаких предосторожностей, связанных с подслушивающим устройством.
— Рад видеть вас, Дэвид, — с порога произнес Мацуда, — что нового?
— Нового? Это у вас, Мацуда-сан, должны бьггь новости, — ворчливо ответил Сянцзы.
— Новости, конечно, есть… Знаете, дела наши в целом обстоят неплохо, но вот новости есть и хорошие, и плохие. С каких начать?
— С плохих, — не раздумывая ответил пилот.
— Что ж, вы правы, как всегда. Знаете, Дэвид, я всегда поражаюсь вашему разумному подходу к жизни. Так вот, один мой сотрудник допустил несколько ошибок… э-э-э… чисто технического плана. Пришлось уволить. А началось все с того, что он, как ребенок, не мог удержаться, чтоб не поиграть с новой игрушкой. Впрочем, его уже устроили на новое место. Но из-за его пагубной страсти к новой технике нам на некоторое время, скажем, до конца этого цикла, придется приостановить все операции. Так что выходите без груза, а Стиву передайте мой привет и наилучшие пожелания. Все, что касается наших с вами финансовых взаимоотношений, остается в силе. Нет-нет, не беспокойтесь, Дэвид, никакой опасности для дела не существует. Это совершенно другая история. Но осторожность никогда не помешает.