— Помогите! — крикнула она, умоляюще глядя на Джека.
Сибирцев не собирался ввязываться в ссору, но уж больно хороша была незнакомка. Ника при всех своих достоинствах явно проигрывала рядом с ней.
Джек вздохнул, нехотя повернулся к нахалу и несильно толкнул его. Два раза. Пьяный потерял равновесие, отступил на несколько шагов, а потом с удовлетворенным видом кинулся на Джека. Сибирцев аккуратно уклонился и помог ему врезаться в стойку. Зазвенела посуда. Резкий удар каблуком по голени, там, где кость ничем не защищена, — пьяный сел на пол, ничего не понимая и корчась от боли.
— Вставай, вставай, — негромко и беззлобно сказал Джек. — Ходить можешь? Ну-ну, не притворяйся, можешь. Вот и ходи отсюда. Вы не бойтесь, — он повернулся к незнакомке, смотревшей на него благодарными глазами, — я провожу вас. Как вас звать?
— Лиза. Лиза Ребане.
— Прекрасное имя. Вы живете в отеле?
— Да, с моим шефом. Он сказал, что будет ждать меня здесь.
— Ну и олух ваш шеф, извините, Лиза. Нашел, куда пригласить красивую девушку, да еще одну. Пойдемте, не стоит ждать его.
В номер Джек вернулся только под утро. Шеф Лизы за ночь так и не появился, да и дверь была надежно заперта изнутри…
Весьма досточтимый сэр Карел Нодия при близком знакомстве особой симпатии не вызывал. Или, может быть, Герман просто старался убедить себя в этом?
«Нет, — думал Герман, сдавая карты, — он действительно не подарочек — заносчивый, самоуверенный… А как не любит проигрывать! Да и не умеет. Неглуп, конечно, но почему же всех остальных за дураков держать? На этом и не такие, как он, прокалывались».
В этот вечер карта, как говорится, шла к Нодии. Он быстро набирал очки, становясь все более словоохотливым и самодовольным. Выигрывающий Нодия был Герману еще неприятнее, чем проигрывающий — раздраженный и мрачно насупившийся. Но для пользы дела приходилось терпеть.
Светильник под потолком нерешительно замигал и погас. На мгновение игроки застыли с картами в руках, потом заговорили все разом. Прошло несколько секунд, и светильник вспыхнул снова, но и этого маленького происшествия хватило для разговоров на весь оставшийся вечер.
— Однако даже присутствие министра энергетики не спасает от перебоев в энергоснабжении, — желчно заметил банкир. Во-первых, он не упускал случая прилюдно показать свою независимость по отношению к министру. А во-вторых, ему сегодня катастрофически не везло.
— Сеть перегружена, — коротко отозвался Нодия, обдумывая ход. — Нужна реконструкция, а ассигнований от Сената не дождешься. Принята большая программа по Бэте, все средства пойдут туда.
— Да, я слышал, — с удовольствием подтвердил банкир, — что на Бэте у Шахтоуправления тоже какие-то трудности.
Нодия молча проглотил намек. Бригадир, которому не понравилось обострение разговора, поспешил вмешаться:
— На Бэте всегда трудности. Я-то знаю, десяток циклов туда ходил.
— Нет-нет, — возразил банкир, — на этот раз нечто новенькое. Впрочем, если я возьмусь рассказывать, обязательно что-нибудь напутаю, я ведь там не бывал. А вот вы, Крофт, по-моему, служили на Бэте, так?
— Да, служил. Был топографом.
— И что, хорошо знаете ситуацию? — спросил Нодия.
Герман неопределенно пожал плечами.
— Я не был там довольно долго, моя информация устарела.
Бригадир, который впервые услышал, что Герман — отставной топограф, посмотрел на него с уважением.
— Вы, должно быть, насмотрелись за это время, — сказал он.
— Бывало… Болото есть Болото. Извините, мне не хотелось бы говорить об этом так вот, мимоходом… Поверьте на слово, это не кокетство с моей стороны.
— Да помилуйте, Крофт! — воскликнул банкир. — Никто не хочет, чтобы вы развлекали нас байками. Речь просто зашла о последних дебатах в Сенате. Вы разве не смотрели новости? Нет? Чем же вы тоща интересуетесь? Ну, я вам поясню. Сенатор Гонди, выступая, заявил, что на шахтах происходит чуть ли не саботаж. Половина шахт затоплена. Вы об этом знаете?
Герман негромко засмеялся.
— Заброшенных шахт много, но заливает их Болото. Вряд ли кто еще содействует этому. Разве что пауки…
— Мои чиновники жалуются, что никак не могут разобраться с этими заброшенными шахтами, — задумчиво произнес Нодия. — Информация, понятно, не сохранилась. Планов нет. Списков нет. Никто ничего не знает. А ведь скоро, это уже не секрет, придется многие из них восстанавливать. Добыча в районе Городка непрерывно снижается.