Путь к Городку был неблизким, не обошлось и без неприятностей. Вайцуль уходил все дальше от Колонии, и вскоре ему стали встречаться одиночные пауки из независимых клонов. Не обращая на вахмистра никакого внимания, они быстро проплывали в стороне. Вайцуль знал, что людей без скафандров пауки не трогали, к тому же он немного владел «болотной речью» и мог подать знак мира. И все же лазер приходилось держать наготове.
Передохнув несколько минут в девятом секторе, на полпути к краю Болота, Вайцуль двинулся дальше. Почва становилась все податливее, в какой-то момент вахмистр почувствовал, что проваливается. Он рванулся вперед и в несколько прыжков преодолел опасный участок.
Может быть, самым удивительным на Болоте была его почва. Она выдерживала вес человека в скафандре и со снаряжением, лишь кое-где встречались полужидкие участки. Но пауки каким-то чудом ухитрялись легко погружаться в Болото, выныривая из него, и даже плыть с приличной скоростью. При этом на Болоте не оставалось никаких следов. Впрочем, Вайцуль не задумывался над этими тонкостями, которые могли бы надолго озадачить человека с иным складом ума.
Вахмистр уже проделал три четверти пути, когда старые боевые навыки сыграли с ним дурную шутку. Какой-то легкомысленный паук решил всплыть прямо у него под ногами. Когда почва впереди неожиданно вспучилась, Вайцуль автоматически отскочил в сторону, одновременно нажимая спуск лазера. Он стрелял навскидку, практически не целясь. Подобной стрельбе обучали всех супервэриоров — только так и можно было выжить на Болоте… Вайцуль выстрелил, а уж потом сообразил, что делать этого не следовало. Но было поздно, оставалось только надеяться, что он промахнулся.
Но он не промахнулся. На поверхности показалось тело на редкость крупного паука, почти рассеченного пополам. Надо было как можно скорее уходить с этого места.
Не успел Вайцуль пробежать и полусотни метров, как вокруг него раздались характерные всхлипы трясины — это всплывали вооруженные автоматами пауки.
На Болото стремительно накатывалась ночь. Еще несколько минут — и можно было попытаться уйти, скрывшись в зеленоватых сумерках. Гулко застучали автоматные очереди. Вайцуль ласточкой прыгнул вперед, перекатился несколько раз и укрылся за кочкой. Пауки, потерявшие цель, прекратили огонь.
Вахмистр, неподвижно лежа за кочкой, криво усмехнулся. Все-таки мирная жизнь в Колонии изрядно поднадоела ему, и супервэриор был не прочь тряхнуть стариной. С удовольствием он отметил, что, несмотря на болезнь, сил у нею не убавилось, а быстрота реакции намного увеличилась. Раньше он, пожалуй, не успел бы увернуться от этих пауков — сколько их была, трое, четверо? — на таком расстоянии.
Внезапно Вайцуль вспомнил, что пауки, словно инфракрасные искатели, чувствуют тепло человеческого тела. Об этом говорили им еще в «учебке»… Вайцуль плотнее вжался в холодную почву. Какая досада, что он не может, подобно пауку, погрузиться в нее, исчезнуть, слиться с ней, стать таким же холодным… Он взглянул на свои ладони, сжимающие лазер, и с изумлением увидел вместо них два оранжевых пятна, бледнеющих и исчезающих на глазах.
Вайцуль перевел взгляд вперед, где в темноте скрывались пауки, все еще не понимая, что произошло с его зрением, и увидел несколько ярких оранжевых пятен. И тут словно кто-то подсказал ему: это тепловое излучение. Но откуда, ведь пауки — холодные существа? Вайцуль не сразу догадался, что видит раскаленные от стрельбы стволы автоматов.
«Ну, красавчики, тут-то вы мне и попались», — удовлетворенно прошептал он. Лазер, в отличие от автоматов, не нагревался при стрельбе и, значит, не мог выдать вахмистра.
Раз! Еще раз! Еще! Спокойно, как в тире, тремя короткими вспышками Вайцуль накрыл три оранжевых пятнышка. Трое их было или все же четверо? Неважно! Он вскочил и, низко пригнувшись, зигзагами кинулся в темноту.
Пауков все-таки было четверо. Как ни бесшумно двигался вахмистр, слабый шорох и содрогание почвы почувствовал четвертый, не замеченный им паук. Вслед Вайцулю ударила длинная, во весь магазин, автоматная очередь. Левое плечо вахмистра обожгло, от сильного толчка он потерял равновесие и упал лицом в Болото.
Последние пули, повизгивая, ушли куда-то вверх. Вайцуль выждал с минуту, потом с трудом поднялся и уже гораздо медленнее, но все так же пригибаясь и лавируя, двинулся дальше.