— Вы мне тоже очень нравитесь. Вы такая милая и обходительная.
— Спасибо на добром слове, но я его, право же, не заслужила.
— Давайте выпьем по этому поводу коньяку, — сказал Искандеров.
— Нет, — сказала Маргарет, — давай лучше расскажем Джамал Дурдыевне… простите, просто — Джамал… давай расскажем ей нашу историю, чтобы она знала, с кем имеет дело.
— Не надо, — слабо запротестовала Джамал.
— Нет-нет, вы должны знать подоплеку нашей просьбы… Ты будешь рассказывать, Искандеров, или мне доверишь?
— Рассказывай ты, — согласился Искандеров.
— Ну так вот, дорогая Джамал, — Маргарет откинулась на спинку стула, — скрестила руки на невысокой груди. — Искандеров мой — археолог. Не в комплимент ему будь сказано, способный археолог, несмотря на свою молодость. Он работал на раскопках одной древней крепости и высказал ряд интересных предположений, расходящихся с общепринятым мнением и особенно — с мнением начальника экспедиции. Сами понимаете, начальники не любят инакомыслящих. Поэтому Искандерову постарались сделать нетерпимые условия для работы. Однако он не хотел сразу уступать, так ведь Искандеров?
— Не хотел, — согласился Искандеров. — Начальник сволочь такая…
— Однако, — быстро продолжала Маргарет, — чем дальше в лес, тем, как говорят, больше дров. Дело дошло до того, что или начальник или Искандеров должны были уйти. Искандеров сделал дипломатический шаг — подал заявление. Конечно, могли бы в этом вопросе разобраться, но разбираться не стали.
— Выпьем по этому поводу, — сказал Искандеров.
— Выпей, выпей, — сказала Маргарет, — если тебе так уж не терпится!..
— На чем я остановилась? Ах, да… Вот так, Джамал, мы и остались без работы. То есть Искандеров, конечно, остался. В это время умер мой старенький папа, — Маргарет сделала ударение на последнем слоге. — И мы решили немножко покутить — он нам кое-что оставил… на сберегательной книжке. Мы решили, что можем позволить себе такую роскошь — некоторое время пожить без работы. Поехали мы в Крым. Потом по Кавказу. Вы не были на Кавказе?
— Не пришлось, — с сожалением сказала Джамал.
— Впечатление прямо-таки непередаваемое! Первозданная природа во всей своей красоте. Смотришь и прямо физически ощущаешь, до чего же она величественна и могуча, и до чего перед ней слаб и жалок человек.
— Мой муж тоже расхваливает природу, — сказала Джамал, — только он пески хвалит… И силу человека прославляет.
— Он мужчина, — оказала Маргарет, — он сильный человек. А на меня горы действовали подавляюще. Словом, увлеклись мы с Искандеровым и не заметили, что наше наследство подходит к концу. Прослышали, что в ваших местах ведутся археологические работы и приехали. Добавить остается немногое. Почему мы решили обратиться к вашему мужу, хотя он и не археолог? Я вам открою этот секрет. Дело в том, что места в пустыне, где он работает, богаты археологическими находками, которые могут иметь непосредственное отношение к спору Искандерова с бывшим начальником. Все-таки хочется доказать свою правоту хотя бы постфактум, правда? А что касается того, что мы обратились к вашему содействию, так это из-за самолюбия Искандерова. Он очень самолюбив и болезненно переживает, если ему отказывают. Поэтому он и хотел предварительно заручиться вашей помощью. Правильно я говорю, Искандеров?
— Мне нечего добавить, — Искандеров театрально развел руками и сделал постное лицо. — Отныне наша судьба в ваших руках, Джамал Дурдыевна. Засмеетесь — над нами солнце взойдет, нахмуритесь — зима падет на наши головы.
Мысли Джамал двигались медленно, равномерно, спокойно. Она подумала, что все ее недавние подозрения были напрасны. Конечно, Искандеров честолюбив, это сразу видно. И гонору у него, пожалуй, многовато. Но все это не делает человека плохим. Нурягды вполне сможет его устроить в один из институтов академии. Пусть доказывает своему бывшему начальнику, что был прав. Вообще, может быть, и доказывать ничего не надо. Мало ли что случается в жизни — может, просто повздорил, что-либо сделал не так по молодости лет, а сердитый начальник взял и не простил. Бывают такие принципиальные начальники. На последнюю фразу Искандерова Джамал улыбнулась:
— Вы, оказывается, в душе поэт! Вероятно, поэтому вы так туманно и изъяснялись при первом знакомстве, что я почти ничего не поняла.
— Он любит иногда цветистую фразу, — подтвердила Маргарет.
— Ладно, — сказала Джамал, — помогу вам.