Он ударил Шагельдыева в грудь, побоявшись ударить в лицо. Шагельдыев качнулся, с трудом понимая Случившееся.
Искандеров снова толкнул, подставив ногу. Шагельдыев упал, но сразу, пружинисто вскочил и двинулся на Искандерова.
— Вы что, с ума сошли, что ли? Немедленно развяжите руки!
— Развязать? — ухмыльнулся Искандеров. — А ты какое право имеешь с чужой женой гулять? Тебе своей жены мало?
— Послушайте, Искандеров, — сказал Шагельдыев. — Во-первых, я никаких посягательств на вашу супружескую честь не имел и не собираюсь иметь. А во-вторых, перестаньте хамить и освободите мне руки. Ревновать в конце концов можно и без средневековых ухваток.
— Какое ты имел право везти мою жену ночью в пустыню? — настаивал Искандеров.
— Это вышло случайно. Я вам объясню.
— И целовались вы тоже случайно?
Шагельдыев вопросительно взглянул на стоявшую рядом Маргарет, словно ожидая, что она вмешается и положит конец этой нелепой двусмысленности, похожей на сцену из не очень умного водевиля. И она в самом деле вмешалась. Но то, что она сказала, заставило Шагельдыева скрипнуть зубами и напрячь мускулы в напрасном стремлении разорвать наручники.
— Перестань ломать комедию, Искандеров! — сказала Маргарет. — Когда плов съеден, котел на огонь не ставят… У тебя все в порядке?
— Как часы.
— Самолет вылетел?
— Да.
— Прекрасно. Возьми у профессора ключи, съезди в институт и забери из сейфа все бумаги. Если сторож что-либо скажет, объясни, что послал сам Шагельдыев.
— Зачем нужны эти бумаги? — начал было Искандеров.
— Каждая из них стоит больших денег, глупец! — сказала Маргарет.
— Я не успею обернуться!
— Успеешь, если будешь меньше разговаривать! В крайнем случае я немного задержу самолет.
Если до этого у Шагельдыева были какие-то сомнения, то теперь ему все стало ясно.
— Подлец! — крикнул он и с силой ударил подошедшего Искандерова ногой в живот.
Искандеров взвыл и упал. Забыв, что у него скованы руки, Шагельдыев подбежал к машине, спохватившись, выругался и бросился к барханам. Маргарет кинула ему под ноги свою сумку. Он упал. Подняться не удалось: подбежавшая Маргарет схватила цепь наручников, резко дернула вверх. Охнув от боли в плечевых суставах, Шагельдыев ткнулся лицом в песок. Он попытался вырваться, однако ожог острой боли снова свалил его.
— Не надо напрасно сопротивляться, я очень не хочу делать вам больно, — оказала Маргарет и крикнула: — Искандеров! Иди сюда, бери ключ!
Постанывая и держась за живот, Искандеров подошел, зло толкнул Шагельдыева ногой в бок.
— Сволочь!
— Бери ключ! — приказала Маргарет.
— Клянусь аллахом, не успею я вернуться! Плюнь ты на эти бумаги!
Маргарет загадочно усмехнулась.
— Твое от тебя не уйдет, Искандеров. Поторопись, а то сама поеду, а тебе оставлю Нурягды Рахмановича караулить.
— Ладно, — с неохотой сказал Искандеров, — только ты смотри: если задержусь…
— Не беспокойся.
Когда Искандеров тронул машину, она тихо сказала:
— Езжай. Все равно Боливару двоих не вывезти… Давайте, я помогу вам встать, Нурягды Рахманович!
— Спасибо, — сказал Шагельдыев, — вы мне уже помогли. Может быть, объясните, что значит весь этот дурацкий фарс?
— Для умного человека ответ не нужен.
— Умный человек не попал бы в такую ситуацию, поэтому считайте, что я дурак, и объясните.
— Вы верите, что я вас люблю?
— Бросьте ломаться! — с презрением сказал Шагельдыев. — Теперь уже нет необходимости играть, хотя актриса вы неплохая.
— Но я вам говорю чистую правду!
— У вас, видимо, другая правда, чем у меня.
Маргарет придвинулась к нему вплотную, жарким шепотом дохнула в лицо.
— Хотите, докажу? Хотите: сейчас вашей стану? Вот здесь, на этом самом месте!
— Нет! — сказал Шагельдыев. — Не хочу.
Маргарет рывком поднялась с песка, отошла в сторону. Шагельдыеву даже показалось, что она плачет. «Вот так история, — подумал он. — Надо бы похуже, да хуже некуда».
— Послушайте, — крикнул он Маргарет, — я не хотел вас обижать… Освободите мне, пожалуйста, руки. Затекли очень. Даю олово, что не убегу.
— Слову вашему я не верю, хотя убежать вы действительно не убежите, — сказала Маргарет. — Но и освободить не могу: ключ от «браслетов» у Искандерова.
— Зря вы все это затеяли, — сказал Шагельдыев, — в сейфе у меня все равно ничего интересного для ваших хозяев нет.