— Зачем? Что вам еще нужно? Я хочу домой, хочу к дочке, хочу к маме…. Я хочу к мужчине, который меня любит. Зачем я вам, ведь свою правду вы уже доказали? Что вам еще нужно?
— Игорь уехал, потому что понимает, что видеть его сейчас — выше твоих сил. Он уехал за продуктами вместе с Катей. Но вернется.
Я резко села на кровати.
— Как же я вас всех ненавижу! — вырвалось у меня, глаза горели огнем от усталости и боли. — Что вам нужно? Что вы делаете? Макс все равно найдет меня, рано или поздно! Роменский свое самолюбие потешил, что еще нужно?
Василий вздохнул, в потом достал из кармана два сложенных листа, внимательно посмотрел на них.
— Да, голубка, ты совершенно права. Владимиров землю рыть будет, искать тебя и твою дочку. Уже роет.
— Он любит меня, только и всего, — тихо ответила я. — Он даст вам все, что скажете…. Он….
— Любит? Да, Лиана?
Василий вздохнул и протянул мне пару листков.
— Здесь результаты твоей биохимии, вчера, пока ты в отключке была кровь у тебя взяли. Глянь сама, ты девочка не глупая.
Я молча взяла у него листы и пробежала глазами по показателям. И вздрогнула.
— Что скажешь? — тихо спросил Василий. — Это анализы здорового человека? После родов прошло больше месяца, ты бы уже восстанавливаться должна начинать, а анализы….
Я положила листы на кровать и закрыла лицо руками. Все показатели скакали кто куда, начиная от железа и заканчивая микроэлементами.
— В твоем организме — полный дисбаланс, — жестко продолжал Василий. — Игорь, когда это утром увидел — долго матерился. Стресс, недоедание, нехватка многих витаминов — как ты еще не падала с такими-то данными.
Я не могла поверить, не могла понять. Я же регулярно сдавала анализы в Центре, мне говорили, что я восстанавливаюсь.
— Не веришь этим данным, попросим Катю снова взять у тебя кровь, проведешь исследования сама. Я подскажу, да и Игорь поможет.
Беда была в том, что я верила. Не хотела, но верила. Потому что только этим могла объяснить все те недомогания, которые испытывала постоянно: усталость, подавленное состояние, сонливость.
— Как… как это…. — я снова и снова пробегала глазами по показателям. Неужели Ирина в Центре подменяла данные моей биохимии?
Или Роменский и этот Василий сейчас играют со мной? Но зачем, зачем им такие игры?
— Я хочу сама провести анализы, — услышала свой голос.
— С утра ты не ела, Катя вернется через пару часов — возьмем у тебя кровь. Но задай себе вопрос, голубка, кому было выгодно держать тебя в измотанном состоянии? И для чего? — он встал со стула. — Хочешь сидеть здесь — сиди. Или лежи. И думай, Лиана. Думай!
Катя и Роменский приехали через час, и я тут же потребовала взять кровь на анализ. Женщина не сказала ни слова, бросив быстрый взгляд на Василия, и прошла вместе со мной в знакомую уже лабораторию. Через пару минут к нам присоединились и Роменский с Василием.
Я слегка поморщилась, когда игла нашла вену, глядя как в пробирки одну за другой заливается темно-бордовая густая кровь.
— Так, — встал Василий с удобного кресла, — мы с Катюхой этим вчера развлекались, теперь — ваша очередь, раз так горите желанием все перепроверить. Гош, ты за старшего.
— Я сама все сделаю, — мне физически больно было смотреть на Роменского, не то что работать с ним.
— Да сейчас, — фыркнул Василий, подавая другу халат. — Чтоб я дуру-студентку в своей лаборатории одну оставил? Напомнить, как ты мне чуть микроскоп не ебнула? Игорь Андреевич, твоя студентка, тебе с ней и мудохаться. Считай его своим научным руководителем, голубка. Анализаторы в вашем распоряжении, реактивы в шкафу, посуда вон там.
Лицо Игоря оставалось бесстрастным, пока он внимательно следил за работой анализаторов, проверяя калибровку приборов и точность первичных данных. Мне на мгновение захотелось бросить в него пробирку с кровью, но вместо этого я сосредоточилась на своей задаче — аккуратно разместила пробирки в роторе центрифуги, убедившись в их балансировке, и запустила процесс разделения образцов. Вращение ускорялось, и плазма медленно отделялась от клеточной массы, подготавливая материал для дальнейшего анализа.
Василий хмыкнул и вышел из лаборатории, Катерина собрала свой инструмент.
— Я сейчас тебе пирожки принесу, — заметила она, пробегая по мне глазами, — ты почти сутки не ела.
— Я не хочу, — пробурчала не поворачиваясь.
— А я не спрашиваю, — отрезала женщина, выходя.
— Я сама справлюсь, — я не могла сдержаться, мне хотелось хоть на ком-то сорвать свою злость и обиду. — Ты мне здесь не нужен!