Дарья закатила глаза, а я не удержалась от смешка.
— Лен, а давай ты просто женский роман напишешь с тегом: «студентка и профессор» и на этом успокоишься, а? — кисло пробормотала я. — Мне нашего декана уже искренне жаль. Мало того, что сослали не пойми куда, так теперь еще и половина университета на него сезон охоты откроет.
— Ну, ты утрируешь, — Лена хмыкнула, но в глазах у неё блеснул огонёк. — Хотя, знаешь, идея с романом… В этом что-то есть.
— Конечно, есть! — саркастически подхватила Дарья, театрально поднимая указательный палец, будто собралась зачитать лекцию в духе Шекспира. — Представьте: героиня — бедная, но безумно умная студентка, трепетная невинная фиалка, по уши влюблённая в своего декана. А он, естественно, суров, недоступен, обременён жизненным опытом и страдает от внутреннего конфликта. Между ними, конечно, социальная пропасть из его возраста, опыта и гениальности.
Она сделала паузу, выдерживая эффект, а потом с серьёзным видом добавила:
— Оба страдают, мучаются от запретных чувств, пока однажды не умирают в один день. От бубонной чумы.
— Что?! — Лена фыркнула от смеха.
— Ну да, — не дрогнув, продолжила Дарья. — Потому что они занимались запретным сексом в лаборатории и случайно разбили образцы чумного штамма. Всё же логично.
Я зажала рот рукой, чтобы не расхохотаться, но слёзы смеха всё равно выступили на глазах.
— За идею не благодари, — закончила Дарья, — возьму в твердой валюте.
— Дарья, ты просто… гений абсурда! — выдохнула я, хватая воздух ртом. — Если кто-то когда-нибудь это напишет, я первой куплю!
— Это не абсурд, это трагедия! — с напускным возмущением воскликнула Дарья, разводя руками. — Мощная, драматическая история о страсти и самопожертвовании!
— Ага, с пометкой: "не пытайтесь повторить это в реальной жизни". — Лена вытерла слёзы смеха. — Ну всё, теперь этот образ декана с бубонной чумой мне из головы не выбить.
— Предлагаю название: «Любовь во время чумы». Но вот давай ты на этом и остановишься, — заметила я. — Видишь декана — вспоминаешь о чуме. Какие от нее чудесные воспаленные лимфоузлы, отеки, диарея, надрывный кашель…. Мммм, какая прелесть.
— Девочки, — отсмеявшись, заметила Ленка, — вы — психи. У нас тут мужик интересный нарисовался, а вы о чуме мечтаете. Как мне теперь это развидеть?
— Мужики, Лен, как трамваи, приходят и уходят, а вот новые штаммы болезней — появляются ежедневно. Так давай же сосредоточимся на обучении и умении избегать эпидемий, — пожала плечами Даша. — Тем более, что…
Дарья замолчала, словно случайно позволила словам ускользнуть, и я заметила, как её руки чуть сжались на коленях. Моё внимание невольно переключилось на её запястья — едва заметные зеленоватые пятна синяков всё ещё виднелись на её коже, как тени, которые она не успела скрыть.
Мы все втроём одновременно вздохнули, тишина на миг накрыла нас тяжёлым одеялом.
— Не все мужчины такие, — наконец тихо заметила Лена, осторожно касаясь пальцев Дарьи, которые стали заметно холоднее. — Твой отчим просто тварь.
Дарья слегка дёрнула рукой, будто хотела убрать её, но вместо этого крепче сжала пальцы.
— Я знаю, — сказала она глухо, глядя куда-то в сторону. — Просто иногда кажется, что таких больше, чем нормальных.
— Даш, — я обняла ее за плечи, — так больше не может продолжаться. Когда-нибудь он изобьет тебя до больницы. Я знаю, что ты не хочешь уходить из-за матери, но это ее выбор, Даш. Она не уйдет от него, он не перестанет тебя и ее избивать. А если дело дойдет до….
Дарья снова вздохнула.
— Я подала заявление на должность лаборантки, — тихо призналась она, словно делилась чем-то постыдным. — Надеюсь, денег на комнату хватит. Сами знаете, городским общежитие не дают…
Мы знали. Знали слишком хорошо. Несколько раз пытались просить старого декана помочь, объясняли ситуацию, но тот рогами упёрся в правила: "не положено" — и точка. Дарья тогда просто сжала губы, ничего не сказала, но я видела, как она боролась с собой, чтобы не расплакаться.
— Может, это… — неуверенно предложила Лена, разрывая тишину. — Новый декан будет… помягче?
Мы обе с Дарьей синхронно повернули головы к Лене и поморщились, как будто она предложила что-то совершенно нелепое.
— Кто о чём, а вшивый о бане, — устало вздохнула Дарья, начиная машинально наматывать тёмный вьющийся локон на палец, как она всегда делала, когда хотела себя успокоить. — Лена, в правилах чётко закреплено: общежитие — только для иногородних. Я понимаю, что это отличный повод сходить на приём к твоему "красавцу-декану", но давай ты меня в это втягивать не будешь, ладно?