Не говоря ни слова, он накинул мне на плечи свою куртку, осторожно взял меня за руку и мягко нащупал пульс на запястье. Его пальцы были тёплыми, спокойными, уверенными. Не требовательными, не собственническими — просто поддерживающими. От этого прикосновения не хотелось отпрянуть, не хотелось спрятаться. Оно не сковывало, не внушало страха — напротив, с каждым ударом сердца мне становилось легче.
— Что произошло, Лиана?
Я зажмурилась, потерла лоб ладонью.
— Макс… — голос дрожал, но я заставила себя продолжать. — Так жить нельзя. Я поссорилась с подругами, испугалась. Но это даже не в этом дело. Я живу в постоянном ужасе. Мне кажется… у меня уже паранойя.
Глубокий вдох, болезненный выдох.
— Ты говорил, что с этим можно что-то сделать. Что это можно… исправить. Я так больше не могу.
— Лиана… — он тихо произнёс моё имя, продолжая ненавязчиво держать за запястье. — Я помогу. Не оставлю тебя. Но и ты должна хотя бы немногодоверять мне.
Он выдержал паузу, а потом посмотрел прямо в глаза.
— Что случилось сегодня? У тебя была паническая атака… Что её вызвало? Или… кто?
Я отвела взгляд и ответила почти правду.
— Запах. Я… помню…. Запах из машины…. И больше не могу…. Так….
Он вздохнул, не спеша убирать свою руку.
— Где твои вещи? Ты без куртки…
Беззвучно зазвонил телефон, раздражая меня своим дрожанием. Незнакомо-знакомый номер. Меня передернуло.
— Ответишь? — тихо спросил Максимилиан.
Я резко дернула головой, отворачиваясь к окну.
— Позволишь? — он забрал телефон из моих рук, и нажал кнопку приема.
— Лиана, — услышала я ненавистный голос. — Вернись в лабораторию, — за жестким приказом я вдруг явственно уловила нечто непривычное, едва скрытая дрожь. Роменский паниковал!
— Она не вернется сегодня, — ровно ответил за меня Максимилиан.
Тишина стала почти ощутимой, давящей.
— Кто это? — голос Роменского дрогнул, но не от страха. Он едва сдерживал злость, накатывающую, холодную, как прилив перед бурей.
— Максимилан Владимиров. Я друг Лианы, — голос Макса даже не дрогнул, даже не изменился, а палец осторожно погладил кожу на запястье, успокаивая. — Я сейчас зайду за ее вещами.
Тишина на том конце длилась всего секунду, а потом вызов резко сбросили.
Максимилиан не сразу убрал телефон, какое-то время просто смотрел на экран, словно анализируя реакцию собеседника. Потом, всё так же спокойно, положил его на приборную панель.
— Это он, Лиана? — через несколько секунд спросил Макс, глядя в черноту ночи за окном.
— Не знаю…. Я не видела лица…. Не знаю я….
— Ты узнала запах. Да?
Я резко повернулась к Максимилиану.
— Откуда ты?..
— Я — психолог, Лиана. Сопоставил дав плюс два. Он? — пальцы мужчины чуть сильнее сжали мое запястье.
— Не уверена. Не знаю я…. да, запахи похожи, но…. Он — мой декан, Макс. Зачем ему это?
— Ну, — пожал плечами он, — говорил он сейчас явно не как декан….
Я резко втянула воздух.
— Ладно, — Макс отпустил руку, — я — за твоими вещами. Где ты их оставила? А после…. отвезу тебя домой. Посидишь одна пока?
— Да, — кивнула я, — все в порядке.
В его машине пахло кофе и корицей.
Максимилиан внимательно выслушал мои объяснения и вышел из авто, оставляя меня одну. Я смотрела на темноту ночи и думала только об одном — как мне теперь жить дальше.
Макс вернулся минут через пятнадцать, молча забросил вещи на заднее сиденье и так же молча сел за руль. Не проронив ни слова, он повёл машину в сторону моего района. В салоне царила тишина, нарушаемая лишь приглушённым урчанием двигателя и редкими всплесками света от уличных фонарей, проносящихся за окнами.
Я украдкой наблюдала за ним, стараясь уловить хоть какие-то эмоции на его лице. Он выглядел спокойным, но слишком сосредоточенным, будто размышлял о чём-то важном — о чём-то, что пока не хотел мне говорить. Его пальцы сжимали руль, взгляд был прикован к дороге, но было ясно, что мысли его блуждают где-то далеко.
Минут через пятнадцать я всё-таки решилась заговорить, чувствуя, что больше не могу выносить этой гнетущей тишины.
— Забрал без… проблем? — мой голос прозвучал осторожно, почти неуверенно.
Макс вздохнул, задержав ответ, словно обдумывал, что именно сказать.