- Нус, как успехи «Пинкертон», сходу съязвил Шапкин, и пройдя на встречу Роману, крепким рукопожатием поприветствовал. Кроме Шапкина уже в помещении находились еще двое мужчин в возрасте. Один был статный, с пышной шевелюрой и бородой, а также с благородной сединой, сухощавого телосложения в светлом костюме как франт, известный в Харькове адвокат Лексов Владимир Кузьмич. Второй его оппонент в споре был отчасти его противоположностью широкий в плечах, одетый в светлые брюки и рубашку, которая расстегнута на три пуговицы, лысый сверху и немного светлой растительности на боках, как говорил Шапкин «Крестьянский следователь», бывший старший следователь по особо важным делам Следственного Управления, а ныне пенсионер – фермер Гаврюшенко Анатолий Васильевич. Данная парочка сидела на диване и сильно спорила между собой, попивая коньячок из бокалов, на столе стояли две бутылки коньяка, нарезаны в тарелках колбаска, сыр и фрукты.
Это выглядело так мило, Берк вспомнил этих матерых следаков, когда он «зеленый» лейтенант первый раз пришел к ним в кабинет, ничего не изменилось. Гаврюшенко громко кричал и жестикулировал, доказывая свою правоту, а Кузьмич приглушенным вкрадчивым голосом доказывал ему обратное.
- Толечка, что ты так орешь как «Иерихонская труба», сказал Шапкин, - предлагаю наполнить бокалы и накатить, для начала, а потом разбросить картишки. Все одобрительно согласились и дружно обратились к Берку, - Ну чего стоишь, наливай. И понеслась душа.
Это была особая атмосфера общения и позитива, при которой душа одновременно радовалась и отдыхала, мозг работал на максимуме и при этом полностью расслабился и отдыхал. Шапкин юморил, подкидывая остроты в этот котел эмоций, Гаврюшенко громко и эмоционально реагировал и парировал на шутки, Кузьмич лукаво поглядывал, подкидывая меткие словечки, а Берк отбиваясь от шуток Шапкина и возмущений Василича, так как ему была «оказана» честь играть с ним в паре.
После нескольких часов игры, когда вес каждого увеличился грамм на 300 грамм и начался свободный полет мысли, атмосфера стала немного разряженная. Вспоминали работу, случаи дела, коллег, женщин. Но о текущей работе, ни кто, ни чего не говорил и не спрашивал друг друга. Потом кто-то из присутствующих перевел разговор на современную полицию, которая уже ничего не может, потому что все профессионалы ушли от туда, а там остались только «аматоры» и «гламурные мальчики», которые ничего не могут и не хотят расследовать и раскрывать.
Шапкин вставил свою фразу – город по колена в крови, преступность в разгуле, а всем пофиг. И выложил «белованный терц», от чего взорвался Гаврюшенко - «с чем ты играл, нахрен такую игру» это было обращено Берку. Берк улыбнулся, - Василич расслабься, не корову проигрываешь». Все засмеялись, Гаврюшенко тоже улыбнулся и ситуация мгновенно разрядилась.
Слышали об убийстве дочки Романовского, - начал Гаврюшенко, - учитывая, что никаких зацепок, варианта два либо глухарь, либо найдут какого-то лоха, на которого повесят. Папашка ее давит на все педали, хлопцы работают на износ, но результатов ноль.
- я предпочитаю в такие «вонючие дела» не влезать - сказал Кузьмич.
- я думаю, что не раскроют по настоящему и виновное лицо пристрелят при задержании, а потом найдут что-либо указывающее на способ убийства у него дома, и найдется пару свидетелей алкашей, которые видели, и он им рассказал, как зверски убил девчонку. Потом дело закроют, и дальше по сценарию «наградят непричастных, получат руководители ордена», с папашки получат «гонорар» за раскрытие и «наказание» виновного – сатирично высказался Шапкин.
- на теле жертвы незадолго до смерти с внутренней стороны бедра выжжен ромбик - сказал Берк и достал телефон, продемонстрировал присутствующим фото, которое он получил у эксперта.
- Я бы сказал не ромбик, а «бубна» - сказал Шапкин и «забрал» взятку. Потом добавил, по моему я такое уже видел, только был крестик, я не помню, это к своему братцу обратись к Юрке, кстати, как у него дела, приезжайте ко мне в баньку, давно его не видел.
- Да ничего, нормально сидит в банке за толстыми стенами и бдит за безопасностью, сказал Берк.
- Передавай ему привет сказал Кузьмич и к нему присоединился Гаврюшенко.
Игра продолжалась до полночи, после приговоренных трех бутылок коньяка и съеденной колбасы и сыра компания начала расходится. Компания вызвала четыре такси и направилась вниз. Лексов сдал под охрану офис, компания шумно вывалилась на улицу, где продолжала шутить и громко смеяться. Шапкин предложил поспорить чье такси первое приедет с того бутылка коньяка, все согласились и стали ждать. Первым приехало такси за Шапкиным, все весело смеялись и хлопали его по плечу, напоминая о бутылке, которую он должен, при этом Гаврюшенко добавил что каждому. После этого все пожали руки и первый уехал. Через время пришли остальные автомобили и компания разъехалась. На улице стояла теплая июньская ночь, которая принесла небольшое облегчение жителям Харькова, от жаркого дня.