Берк поднялся и вошел в кабинет, сделав несколько шагов от двери услышав как дверь закрылась. С левой стороны от двери в углу на стуле сидел в светлом костюме мужчина. Он никак не среагировал на вошедшего Берка, но глаза внимательно его прощупывали и ловили каждое его движение.
Комната была очень большой, по средине комнаты стоял длинный массивный стол стального цвета, как глыба, надвигающаяся из глубины помещения, в торце стола с противоположной стороны перпендикулярно длинному столу находился стол хозяина кабинета. На столе находился минимум необходимых предметов, что подчеркивало практичность и расчетливость действий его хозяина. Сам хозяин – Романовский Альберт Геннадиевич, сидел в кресле светло серого цвета, в светло-сером костюме и голубой рубашке. На вид мужчине было около 60 лет, волевой подбородок, небольшие усы и глаза со стальным блеском. Это был очень волевой человек, и это чувствовалось в его взгляде и действиях, что он здесь хозяин и точка.
Берк подошел к столу за которым находился Романовский и поздоровался. Романовский ответил на приветствие, но не пошевелился, при этом все время глядел в глаза Роману. После чего предложил присесть.
- Роман Валентинович, я занятой человек и по этому давайте перейдем к сути разговора. На данную речь Берк кивнул головой, продолжая внимательно смотреть на Романовского.
- Вы знаете, что недавно нашли мою дочь Викторию убитую и подвешенную под мостом. Все правоохранительные органы занимаются расследованием данного резонансного дела, так же параллельно с ними занимается и моя служба безопасности, пока без результатов. Я понимаю ваше удивление, почему при таких раскладах я обращаюсь к вам, я вам поясню. Во первых, после различных политических и экономических событий, с правоохранительной системы ушли все профессионалы, которые могли работать, а главное обучать молодежь, передавая им опыт и помогая становится «волкодавами». Я не хочу обидеть тех кто остался, но это не тот народ, который сейчас нам нужен. Система мертва, и ее реанимация бесполезна. По этому я не питаю больших надежд на наши доблестные службы, в лучшем случае они найдут виновное лицо которое возьмет на себя этот грех, а дальше как Бог на душу положит. Главное они отчитаются перед своим руководством и мной что все сделали и теперь готовые к получению наград и премий. В худшем это останется висяком. Да я не исключаю, что у них есть возможности людские и технические и возможно им удастся зацепить чего-то и поднять, но шансов очень мало. Моя служба безопасности не заточена на занятие делами такого рода, по этому я по совету товарища, решил обратится к вам. Вас мне очень рекомендовали, как хорошего специалиста. Помогите мне найти это существо, которое убило моего ребенка. Я вас за это отблагодарю, у вас будет все необходимое и моя поддержка, вы можете получать любую информацию от куда вам будет необходимо. Я вас как отец прошу, помогите мне. После сказанного Романовский выдохнул и взгляд его потух. Исчез лоск и величие, сейчас перед Берком сидел человек у которого большое горе. Это длилось 1-2 секунды и сразу после такой слабинки Альберт Геннадиевич, снова взял себя в руки, лицо вытянулось, глаза блеснули стальным блеском, скулы напряглись.
Хорошо, я займусь этим делом, ответил Берк, но у меня будет несколько условий. Во первых меня не надо контролировать, подгонять и постоянно дергать за отчетом результатов. Когда у меня будет информация стоящая, я вам сам буду ее сообщать. Не ждите от меня, что я буду совершать чудеса. Во вторых - я не ваш человек и я работаю сам, и попрошу наши взаимоотношения не оглашать, сейчас это может привлечь ненужное внимание со стороны спецслужб и поднять ненужный шум, а также вызвать некоторое противодействия со стороны отдельных сотрудников. И в третьих, пойманного преступника я сдаю правоохранителям, я против каких либо самосудов и судилищ, дальше с ним разбирайтесь как хотите, но совесть в этом плане моя будет чиста.
- я согласен – сказал Романовский после небольшой паузы.
- С кем мне обсуждать организационные вопросы? - продолжил Берк.
- С моим начальником службы безопасности Гомельшанским, все финансовые и другие вопросы и просьбы сообщайте ему, всю информацию только мне. Дайте ему номер вашей банковской карточки, вам переведут для оперативных расходов 50 тысяч, ежемесячно я вам буду бросать 10 тысяч, если необходимо будет больше, наличкой или в валюте сообщите я сделаю, лишь бы был толк, деньги для меня не проблема.