— Вы уверены? — спросила она.
Нацепив на нос очки в золотой оправе, Мэнни, усмехнувшись, посмотрел на Фернандес:
— Ага, теперь ты хочешь услышать подробный отчет?!
— Да.
— Ну ладно! Тогда начнем с теории. Ты знаешь, что я немного старомоден, когда дело касается способов и методов работы. Но они меня еще ни разу не подводили. Я отделил мельчайшие частицы чернил с надписей обоих образцов, которые ты мне передала, и подверг их пиролитической газовой хроматографии — мой излюбленный метод при анализе краски и волокна. Последняя операция, производимая в этом процессе, действительно уникальна. Я доверяю этому методу безоговорочно, поэтому могу с уверенностью подтвердить в любом суде, что оба образца полностью совпадают.
— Замечательно, — сказала Фернандес, забирая вещественные доказательства. — Получается, что тип фломастера один и тот же, возможно даже, что надписи сделаны одним фломастером. Но вы не нашли подтверждения, что одним и тем же человеком?
— Нет, почему же, нашел. Ты ведь знала, что найду, поэтому и обратилась ко мне, а не к кому-то другому!
— Мистер Либерман, да к кому бы я пошла?! Вы лучший эксперт!
— Лесть, дорогая моя Фернандес, верный способ получить желаемое.
Вытащив из конверта бумажную кальку, Мэнни прикрепил ее скрепкой к копии записки БРМ, обнаруженной в Италии.
— Вначале я проанализировал верхнюю часть букв, отметив точкой, откуда преступник начинает выводить букву. Видишь?
Фернандес пришлось встать за спину Мэнни, чтобы разглядеть крошечные метки на вершинах всех букв.
— Понятно, — сказала она.
— Хорошо… Потом я отметил вторые по высоте пики букв. Например, на букве «Б» первая метка стоит на самой вершине, а вторая — в том месте, где хвост соприкасается с вертикальной линией посередине. Ясно?
Фернандес ближе наклонилась к кальке.
— Да, мистер Либерман, я слежу за ходом ваших мыслей.
Мэнни откинулся на спинку стула.
— Обозначив все пики и нижние пределы букв маленькими точками, которые ты видишь на бумаге, я соединил их и получил своеобразный график. Давай-ка покажу!
Мэнни снова обратился к кальке, проводя пальцем по карандашной линии, которая напоминала Фернандес кардиограмму или линию, рисуемую детектором лжи.
— Затем я снял кальку с письма маньяка и приложил ее к надписи на коробке, которую вы получили в Нью-Йорке. — Мэнни прикрепил бумажную кальку к картону. — Видишь, хотя он и писал печатными заглавными буквами, чтобы усложнить графологическую экспертизу, мы все равно кое-что получили. Высота букв одинаковая. Средние точки букв совпадают. Расстояние между буквами опять же одинаковое, и расстояние между строчками тоже. Как я уже сказал, один и тот же человек написал оба послания одним и тем же фломастером.
— Мистер Либерман, в такие моменты я бы хотела оказаться на пятьдесят лет старше, — сказала Фернандес, запечатлев поцелуй на макушке Мэнни.
Все предположения вдруг подтвердились! По крайней мере теперь есть неоспоримое доказательство, которое можно будет предъявить в суде, — действовали не два убийцы. А только один. Блэк-риверский маньяк.
Глава 53
Нью-Йорк, новостной канал «Пан-Арабия»
09.35
У Джека с Хью не было времени на любезности. Хью ткнул значок ФБР в лицо охраннику на входе в «Пан-Арабию» и грубо заявил, что они с коллегой направляются прямо в кабинет мистера аль-Дахара, нравится ему это или нет.
Джек с Хью поднялись на лифте, в красках представляя, как будут разворачиваться события. Металлические двери раздвинулись, выпуская Джека и Хью в общий кабинет с администратором на входе. Хью снова показал значок.
— ФБР. Нам нужен кабинет Тарика аль-Дахара.
Молодая женщина примерно двадцати пяти лет хотела было, набравшись наглости, задержать федералов на входе, но не смогла, а только быстро проговорила:
— В конце налево. Мне позвонить его секретарю или…
Джек с Хью ушли, не дослушав. Мелькали лица журналистов, задумавшихся над клавиатурами, пробегали секретари с распечатанными текстами передач.
Тарик смотрел телевизор вместе с еще одним мужчиной, когда федералы распахнули двери кабинета с прозрачной передней стеной.
— Не припомню, чтобы мы договаривались о встрече, мистер Баумгард, — сказал Тарик, не отрывая взгляда от экрана.
— А разве это необходимо? — уточнил Хью, выключая пультом телевизор. — Я думал, мы вчера прекрасно друг друга поняли. И вдруг! Еду я сегодня на работу и слышу такое по радио, отчего настроение мое ухудшилось! И вот я здесь — не мог не приехать.