… теперь Сидзука приближалась к затонувшему летательному аппарату заметно медленнее — в какой-то мере надеясь, что усиление неприятного "запаха" бойни имеет иной источник, чем самолёт. Но, нет. Несло оттуда — и явственно. Правда, в отличие от Храма-у-Озера, не было привкуса человеческой волшбы… зато, буквально в десятке метров перед самолётом, она, наконец, разглядела несколько неуместный для морского дна предмет, определённо сработанный человеческими руками. В песок между водорослями был совершенно вертикально, как по отвесу мерили, воткнут меч японского офицера. Син-гунто. И более всего смертями демонов пахло от его блёкло-серебристого лезвия.
— Стой. — Незнакомец соткался из подводного сумрака буквально за долю секунды: минут десять, пока Богиня Рек осматривала, обнюхивала — разве что не облизывала — клинок, ничего не происходило. И только когда она протянула руку к рукояти — появился он. Ничего особенного — низкорослый, скорее средних лет, чем пожилой, японец. Его лётный комбинезон нёс какие-то знаки отличия — но змее они ничего не говорили. — Ты пришла за ним?
— За ним? — Мизучи кивнула на клинок, рукоять которого сейчас служила опорой руке незнакомца. — Не за клинком, знаешь ли.
Говорить в воде Сидзуке было несложно, её визави, похоже, тоже. По крайней мере, водой он спокойно дышал… грудь двигалась в такт дыханию, вода вливалась и выливалась изо рта.
— За ним. — Повторил ясно фонящий эманациями аякаси силуэт, указывая себе за спину. На самолёт.
— Я из поисковой партии, знаешь ли. — Неопределённо отозвалась мизучи. Она никак не могла определить, кто перед ней, и это, вкупе с запахом места битвы, напрягало. Мужчина с внешностью лётчика давней войны, правда, понял её ответ по-своему. Выдернув меч из грунта, он сделал шаг в сторону, открывая вид на едва видимый под донными отложениями фюзеляж, и… начал формальный отчёт:
— Митсубиси Ки-167, бортовой номер 004, был вынужден совершить аварийную посадку на воду. Причина — отказ левого двигателя, заводской дефект топливопровода. Возгорания удалось избежать. Место затопления было подобрано визуально, с воздуха — насколько это было возможно в аварийной ситуации. К сожалению, непредвиденная осадка грунта увеличила глубину затопления. Машина в нормальном состоянии, за исключением двигателей и электросети. Заряд на боевом взводе. Доклад окончил, тайчо… тайчо… простите, госпожа, но я не помню… своего имени.
Последние слова мёртвый пилот произнёс совсем тихо, почти шёпотом. "Цукомогами" — внезапно дошло до Мизучи. Неизвестно, что случилось с пилотом, но раз его меч здесь, то скорее всего его останки можно найти в кабине самолёта-камикадзе. Сила долга его была столь велика, что новорождённый дух предмета смог впитать в себя часть личности хозяина. Воистину, долг больше, чем гора! Шесть с лишним десятков лет подводного заточения. И не просто заточения — духа-танатогена неоднократно пытались съесть… и раз за разом он убивал врагов. Не потому, что хотел жить — он просто сохранял самолёт. За годы аякаси стал сильнее — Богиня Рек чувствовала в духе меча силу, равную В+. Видимо, клинок смог впитать часть энергии уничтожаемых духов.
— Пилот, ваша миссия завершена успешно. — Сидзука постаралась, чтобы её голос звучал по-военному чётко. По крайней мере, как это может получиться у той, что выглядит на возраст 12 лет, а представление о военных базируется на прочитанных книгах и рассказах родившегося в буквальном смысле слова на поле боя Кагетцуки. — Сейчас вы мне поможете обезвредить подрывной заряд, и ваша машина будет поднята спасательным судном.
— Я готов оказать любую посильную помощь, подводный пловец-сан!
— Принято. Тогда начнём с очистки корпуса самолёта…