После нескольких долгих, мучительных минут молчания, Константин, словно набравшись смелости, чтобы посмотреть в лицо своему врагу, наконец-то решился заговорить:
– Алина… – его голос прозвучал тихо, почти неуверенно, как будто он не был уверен, что она его вообще слышит. Он, как будто ища ответ, попытался подобрать правильные слова. – Я знаю, как тебе сейчас, и … прости меня за то, что я так часто отстраняюсь. Мне и так сложно рассказывать о своих чувствах, но поверь мне, это вовсе не значит, что я ничего не чувствую и что ты мне не важна.
Алина, словно нехотя, медленно повернула голову в его сторону, и ее глаза, наполненные сомнениями, казались выжженными от разочарования.
– Ты говоришь это сейчас, но твои поступки кричат об обратном, – ее голос был полон горечи и сарказма. – Каждый раз, когда у нас появляется возможность побыть вместе, ты делаешь все, чтобы отдалить нас друг от друга. Мне все чаще кажется, что ты живешь в другом мире, и у меня нет туда пропуска.
Константин, стиснув руль так сильно, что побелели костяшки пальцев, ощутил, как тяжесть непонимания давит на него с огромной силой, словно гора, и не дает ему дышать.
– Я понимаю, что так выглядит, – он посмотрел на нее, но почти сразу отвернулся обратно на дорогу, и его голос был наполнен болью, – и возможно, что я правда частенько ухожу в себя, но, клянусь, это совсем не значит, что мне все равно. Просто... я не знаю, как выразить то, что у меня на душе. Мои эмоции... они как пленники, и я привык прятать их, словно драгоценности. Это часть меня.
Алина, глубоко вздохнув, как будто выдыхая всю боль и разочарование, снова посмотрела в окно, погрузившись в темную бездну своих переживаний.
– Я устала пытаться разгадать тебя. Ты всегда такой спокойный, ледяной, и я просто не знаю, как дальше с этим справляться, – ее голос задрожал и срывался на полушепот.
Константин, плавно замедляя ход автомобиля, пытался найти нужные слова, способные смягчить ее боль, но все попытки казались тщетными.
– Я не прошу тебя ждать меня вечно, – прошептал он с горькой усмешкой, – Но, прошу тебя, попробуй понять, что я такой, какой есть. И что я пытаюсь измениться. Просто мне нужно немного больше времени, чтобы показать тебе, как сильно ты для меня важна.
Алина, погрузившись в свою темноту, промолчала несколько томительных, тягучих минут. Затем, с тоской, прозвучавшей как приговор, тихо произнесла:
– Может, время – это все, что нам обоим нужно.
Ее слова, как холодный туман, повисли в воздухе, и Константин почувствовал, как в его душе разливается беспокойство. Он понимал, что, несмотря на все его попытки объяснить себя, пропасть между ними становилась все глубже и шире.
Глава 4
Майкл сидел в небольшом, но элегантно оформленном кабинете. Свет настольной лампы падал на деревянную поверхность стола, где лежала папка с его последними отчётами. Напротив него сидел человек в дорогом костюме, скрещенные руки на груди и холодный, проницательный взгляд. Этот человек был доверенным лицом Александра, и в его руках решалась судьба Майкла.
— Мы долго обсуждали вашу кандидатуру, — начал мужчина медленно, тщательно подбирая слова. — И в конце концов пришли к выводу, что вы подходите. Александр удовлетворён вашими успехами. Теперь многое зависит только от вас.
Майкл почувствовал прилив уверенности, но пытался сохранять невозмутимость. Он понимал, что малейшая ошибка здесь может стоить ему всего. Он приподнял подбородок, стараясь показать свою решительность.
— Можете не сомневаться, — уверенно произнёс он. — Я готов взять на себя эту ответственность.
Мужчина слегка прищурился, будто пронизывая его взглядом.
— Константин Ченьсин был талантлив, — медленно продолжил он. — Мы не можем позволить, чтобы его место осталось пустым. Если вы собираетесь его заменить, то должны доказать, что это было правильным решением. Вы справитесь?
— Справлюсь, — ответил Майкл, чувствуя, как холодное напряжение охватывает его внутренности. — Константин отстранён от проекта, и я возьму всё под контроль.
Мужчина кивнул, затем поднялся.
— Отлично. Мы будем наблюдать за вами. Не подведите.
Когда дверь кабинета закрылась, Майкл остался один. Он знал, что это был не просто шанс, а момент истины. Теперь, когда Константин устранён, весь проект в его руках. Но в то же время он чувствовал давление — если он потерпит неудачу, второго шанса не будет.
***
Константин проснулся рано, привычка вставать с первыми лучами солнца сохранилась с детства. Его утро начиналось, как всегда, с тихого ритуала — зарядки и медитации. Он сосредоточенно выполнял движения Винг Чуна, позволяя своему телу и разуму настроиться на новый день. После тренировки он принял душ и отправился на кухню, чтобы приготовить себе кофе.