Игорь Сергеевич замер с приоткрытым ртом, не имея аргументов возразить, и несколько секунд молча смотрел на Павлика, который явно наслаждался произведенным эффектом.
– Но вы же мертвым тело-то такое не назовете?!
– Нет, не назову. Только я же вам показал уже, что смерть и жизнь нельзя антагонистами считать. Ну в смысле того, что смерть жизни противоположна. Если вы эту пару противоположностей правильно осознали – рождение и смерть, то у вас разом все на свои места встанет. Тело родилось, но еще не закончилось. Да, не мертвое тело это, конечно. Жизнь в нем есть. Программы работают, процессы сложнейшие идут. Пусть и сбой определенный налицо, но смерти как конца тела тут нет. Но если мы с вами к нашему определению вернемся, то нет тут и никакого бенефициара, который бы опыт бытия получал… Нет того, кто живет…
– Но это же чушь какая-то получается! – Игорь Сергеевич раздраженно махнул рукой, но вскоре виновато улыбнулся. – Извините!
– Да бросьте, – откликнулся Павлик с великодушием опытного. – Тут с непривычки можно когнитивный диссонанс поймать…
– Да при чем тут диссонанс какой-то? Вы явно в логический тупик какой-то меня загнать пытаетесь! Выходит, определение жизни мы с вами неправильно дали, вот и все дела, молодой человек!..
– А другого-то определения тут и быть не может! Не известен другой-то способ жизни, Игорь Сергеевич! Хоть вы в полном расцвете сил и в здравии, хоть и слепоглухой с рождения, но у вас всяко опыт бытия присутствовать будет. У здорового – один, у калеки – другой. Только вот без опыта ни о какой жизни в принципе говорить не приходится! Нам с вами исключительно такая форма жизни известна, когда опыт некий получаешь. А вот у тела в коме никакого опыта нет вообще, Игорь Сергеевич! Это, если хотите, манекен обычный. Биологический только. Сбой какой-то произошел – травма там или еще что – и исчез внезапно кто-то, кто этот самый опыт бытия получал…
– И куда он исчез? Да и вообще, что же это за загадочный «кто-то»? – Игорь Сергеевич смотрел на своего оппонента, не скрывая насмешки и недоверчиво покачивая головой.
– А вот это и есть тот самый бенефициар, Игорь Сергеевич, о котором я вам давеча говорил! Мы с вами, считайте, в одном шаге от заветного Царствия Небесного. Если вы сейчас собственное упрямство и очевидность эту свою драгоценную отбросить сумеете – сразу и войдете. Я вам могу еще долго подробности разжевывать, – Павлик бросил взгляд на приборную панель и удовлетворенно кивнул, – благо время в запасе есть еще, но можно и короткой дорогой пойти. Так сказать, напрямки. Я вам прямо сейчас все сам покажу чисто в целях экономии нервов ваших и времени, а там уже – поймете, нет – не моя вина, что называется.
– Давайте короткой, – собеседник Павлика устало махнул рукой и откинулся на сиденье. – Чую, вы мне совсем рассудок разрушите, если этой вашей длинной дорогой следовать…
– Рассудок я вам поправлю только, – с завидным оптимизмом пообещал Павлик. – Но тут вы правы: мучиться-то зачем? А теперь вы мне только на один короткий и простой вопрос ответьте: что нам позволяет этот самый опыт бытия получать?
– В каком смысле – что позволяет?
– Ну, без чего опыт жизни в принципе получать нельзя, я имею в виду?
– Вы на органы чувств намекаете? Вы же про них только что говорили…
– Нет, – Павлик отрицательно покачал головой и тяжело вздохнул. – Я так и думал, что тут лучше время сэкономить. Я, вообще-то, на сознание намекал. Именно сознание и позволяет этот опыт получать, Игорь Сергеевич. Мы же с вами в ресторане уже про это говорили! Все необходимое уже у вас имеется, чтобы дважды два сложить! И именно оно – сознание – у тела в коме и отсутствует. Я так со всей космической прямотой и сказал: нет там бенефициара конечного. Нет сознания – нет и опыта жизни. И органы чувств тут хоть трижды здоровыми быть могут, а без него, без сознания то бишь, грош цена всей конструкции. Вот и выходит, что бенефициар главный во всем этом вопросе сознание и есть. И чтобы разобраться, а кто же живет, собственно, и кто умирает, голову сильно ломать не нужно. Тот, кто сознанием обладает, тот и живет. Это, Игорь Сергеевич, даже дятлу научному понятно должно быть…
– Подождите! Я вам так и сказал сразу: вы на ровном месте огород городить начинаете! Тот, кто обладает сознанием! – Игорь Сергеевич весьма похоже и нарочито спародировал своего визави, и тот улыбнулся. – У вас сознание же не на пустом месте появляется! Сознание, оно же в теле зарождается, и при помощи сознания этого тело и живет, в общем-то, если вашим определением пользоваться.
– А доказать вы это сможете?
– Что доказать?
– Что сознание в теле зарождается и существует. Доказать это вы сможете? Только уж без очевидности этой вашей, а только реальными фактами оперируя?