– Охренеть! – молодой человек покачал головой, постучал по карманам, выискивая пачку сигарет, и, прикурив от веточки, которую неспешно извлек из костра, недоверчиво уставился на хозяина жизни. – Первый раз такое вижу! Вам с какого момента начинать? Вы последнее-то что помните?
– Последнее? – Игорь Сергеевич отхлебнул чая и неопределенно пожал плечами, продолжая с легкой улыбкой смотреть куда-то вдаль, за спину собеседника. – Наверное, как вы Василия в поле выгнали.
– Ага! Помните, значит!
– Помню. До этого момента помню, а потом – как провал какой-то…
– А союзника помните?
– Кого?!
– Как союзник приходил, помните?
– Чей союзник? Куда приходил?
– Понятно, – Павлик удовлетворенно кивнул и, отставив кружку в сторону, посмотрел с легким прищуром. – Ну вы даете, если честно!
– В каком смысле – даю?
– Да в прямом, Игорь Сергеевич! Я думал, такое в принципе забыть невозможно!.. Вы бубен-то хоть Васин помните? Мы у костра сидели, а Вася в поле на бубне играть начал…
– Бубен?.. Точно… Помню! – бизнесмен широко улыбнулся и с облегчением закивал. – Бубен помню. Красиво очень было: ночь, костер, и тут – звуки эти…
– Отлично. А что потом было, помните?
– Потом? – типичный московский аллигатор наморщил лоб, болезненно скривился и некоторое время интенсивно о чем-то размышлял, но вскоре обреченно махнул рукой и со смесью недоумения и надежды уставился на своего молодого наставника. – Нет, Павел… Потом – как провал какой. Яма черная, если хотите…
– Мдя, – Павлик отхлебнул из своей кружки и с интересом изучал старшего товарища, помахивая в воздухе дымящейся сигаретой, как дирижерской палочкой, – интересно у вас память устроена. Такое забыть!
– Да что я забыл-то?
– Вы, Игорь Сергеевич, судя по всему, почти все забыли. Я вот, кстати, эту ночь в век не забуду, за что, между прочим, вам отдельное и большое человеческое спасибо…
– Мне? – хозяин жизни с искренним удивлением посмотрел на Павлика и опять смущенно улыбнулся. – А мне-то за что?
– За все, Игорь Сергеевич. Я такого шоу, честно сказать, давно уже не припомню!
– Да что вы все загадками-то говорите? Что было-то на самом деле? Союзник какой-то, шоу… Вы бы по порядку рассказали, что и как, а?..
– А порядка, Игорь Сергеевич, никакого как раз и не было. Один сплошной беспорядок, – Павлик с улыбкой подмигнул растерянному собеседнику и, не выдержав, громко прыснул. – По порядку, Игорь Сергеевич, слишком долго получится. Но я вам одно скажу: вы вчера тут такой кипиш устроили, что любо-дорого смотреть было!
– Что?! – типичный московский аллигатор с недоверием в упор глядел на своего визави, периодически хмурясь и встряхивая головой. – Что я устроил?!
– Кипиш, как говорят в народе, – Павлик снова прыснул, но потом резко посерьезнел, отставил кружку в сторону и продолжил становившуюся все более увлекательной утреннюю беседу. – Я, честно говоря, думал, что такое в принципе забыть невозможно, а оно вот как, оказывается, выходит… А если серьезно, Игорь Сергеевич, то вы реально вчера форменное шоу нам устроили, безо всяких преувеличений вам говорю. Во-первых, всех союзников окрестных тут собрали…
– Господи! Да что за союзники еще такие?!
– «Союзник», Игорь Сергеевич, – это термин такой. Сущность такая энергетическая. Или, если хотите, другая форма жизни, как многие бы, наверное, сказали. Вот к нам вчера со всей окрестности эти товарищи и пришли…
– Вы шутите, Павел?
– Да какие уж тут шутки… Я вам откровенно заявляю: я хоть многое уже в жизни видел, но такого, как вчера… – Павлик некоторое время помолчал, погрузившись в воспоминания, зябко пожал плечами и немного придвинулся к костру. – Как Вася на бубне играть закончил, так эта хрень к нам с вами и пришла…
– Какая хрень?!
Игорь Сергеевич смотрел на него с плохо скрываемым недоверием, на что Павлик только улыбнулся и покачал головой:
– Да кто ж его знает, какая. Но деревья в лесу, как спички, ломало. Ходило оно, деревья ломало, ругалось на нас всячески…
– Вы надо мной издеваетесь?
– Ни разу, – Павлик отрицательно замотал головой и удивленно пожал плечами. – Ни разу, Игорь Сергеевич! Но вы не парьтесь, если что. Не помните – значит не помните. Хотя вы, наверное, и другого ничего тоже не помните? Что потом было?
– А что потом было?
– Потом вы сами в какую-то хрень превратились. Да мало того – превратились, вы же еще нас с Васей сожрать пытались!