В конце октября состоялся консилиум, и все в Оуклэнд Холле помрачнели. Кроме незаживающей раны, появились и другие плохие симптомы.
Бен поначалу твердил, что все это ерунда, и опять попытался встать с постели. Но неудачно. Похоже, доктора оказались правы. Он настоял на том, чтобы ему сказали правду, а затем выложил заключение врачей мне:
– Нам нужно серьезно поговорить, Джесси. Несмотря на все отговорки, я заставил их относиться к себе, как к мужчине. Если Бена Хенникера ожидает конец, то это касается только его. Я хочу оставить свои дела в порядке. Врачи сказали, что у меня нелады с кровью, поэтому и нога не заживает. Не упади я – эта болезнь все равно проявилась бы рано или поздно. Они считают, что мне осталось не больше года и что я никогда больше не встану с кровати. Все прекрасные планы полетели к чертям… Но они не знают Бена Хенникера. Я внесу изменения, а на это нужно время. Вы понимаете, меня, Джесси?
– Конечно.
– Итак, мне осталось недолго и нужно подготовиться… Прекратите печалиться. Я – старик и прекрасно пожил. Не хочу угасать как свеча. Этому не бывать. Я всегда мечтал увидеть внуков, играющих на газоне с павлинами.
– Вы имеете в виду детей Джосса?
– Вот именно. Я представлял их похожими на него… Маленьких девочек и мальчиков. Девчушки будут очень хорошенькими, если унаследуют его глаза. Я рад, что он пока не женился, хотя на это существовала причина.
– Какая причина? Он ведь не очень молод?
– Недавно разменял третий десяток. Сколько времени прошло с тех пор, как он появился в моем доме! Я хочу, чтобы сын женился на подходящей женщине. Это очень важно. Поэтому я рад, что он еще холост.
– Вы хотели рассказать мне о причине.
– У него были увлечения. Джосс – мужчина и любит женщин. Они же его обожают, – Бен довольно хмыкнул, и мне это не понравилось. – Во все, что он делает, Джосс вкладывает больше энергии, чем другие люди. Если уж он положит глаз на кого-нибудь, то добьется своего.
– Ваш сын теперь кажется мне еще более привлекательным, – с ехидцей заметила я. – К тщеславию добавляются черты истинного ловеласа.
– Вы забываете, Джосс – настоящий мужчина, сильный, гордый, уверенный в себе. Таким он и должен быть. Высокий, красивый, получил хорошее образование. Я отослал его в школу, которая не изменила мальчика. Образование в Англии только помогло. В шестнадцать он уже мечтал работать. Джосс помешан на опалах и знает все об их добыче… Но я хочу думать о настоящем. Они говорят, что мне остался год. Может, старина Бен протянет и дольше. Но прежде чем я уйду в мир иной, нужно все привести в порядок. Вы должны многое для меня сделать. Написать письма и все в этом роде.
– Я помогу во всем. И вы это знаете, Бен.
– Напишем первое письмо юристам в Лондон и Сидней. Пусть пришлют мистера Веннора из столицы незамедлительно. Сделаете это?
– Конечно. Только сообщите адрес.
– Мистер Веннор служит в фирме «Веннор и Кейвз», расположенной на площади Ганновера. Полный адрес найдете в моей записной книжке.
Я написала письмо и пообещала отправить его.
– Рад, что у нас еще осталось время, Джесси.
– Врачи могут ошибаться, – настаивала я. – Так часто бывает.
– Возможно. Но я думаю, не преследует ли меня проклятие Зеленого Огня? Я ведь говорил, что все его владельцы пострадали.
– Но вы потеряли его двадцать лет назад.
– Да, конечно. Доктора предполагают, что я подхватил инфекцию, когда работал в шахте. Это цена, которую приходится платить за добычу опалов. Своеобразная месть природы за то, что мы отбираем у нее.
– Но красота не должна прятаться. Ее нужно отдавать людям.
– Кто знает, я все-таки думаю, что во всем виноват Зеленый Огонь.
– Неправда, Бен. Жизнь шла нормально, когда камень принадлежал вам.
Друг не ответил, а только взял мою руку и легонько сжал ее.
– Позднее я пошлю за Джоссом, – сказал он.
– Вы собираетесь пригласить его сюда?
Бен не спускал с меня глаз.
– Похоже, у вас кровь заиграла в жилах. Он вас интересует, не правда ли?
– А почему бы и нет? Я знаю, что вы высоко его цените. Но должна предупредить, что, судя по рассказам, ваш сын мне не слишком нравится.
Хенникер так расхохотался, что я испугалась за его состояние.
– Прекратите, Бен, это совсем не смешно, – серьезно заявила я.
– Вы измените свое мнение, когда познакомитесь с ним.
– Значит, вы действительно собираетесь позвать его в Оуклэнд?
– Пока нет. У меня еще есть время. Сын приедет, чтобы проводить меня в последний путь. У него полно работы, он не может бить баклуши целый год. Но когда дело будет близиться к концу, я пошлю за Джоссом и скажу ему свое последнее слово.