Хаос в голове. Весь мир вдруг вывернулся наизнанку, и представление о нем рушилось.
Я глубоко вдохнул, вынырнув из размышлений. Серьезно в этот раз: на часах 8:45 РM. Как щелчок выключателя. Вокруг темнота. Я никогда не боялся ее, но сейчас все тело дрожало… Куда идти? Бар не вариант — я хочу побыть в одиночестве. Домой тоже, не могу психологически. Бежать, пока что просто бежать…
Офис полиции, первый этаж. Здесь можно укрыться и переждать приступ паники. Я тяжело дышу, лицо покрыто по́том. Дежурные офицеры поглядывают на меня, обсуждают, пока я иду к кабинету. Знают о пропаже Алисии и последствиях прошедшей ночи… Плевать на них. Они не понимают. Никто и представить не может, что я видел! Навязчивое желание рассказать всем. Интересно будет выглядеть: дочь похищена, я отстранен от дела, а теперь разговоры о монстрах. Прямой путь в психбольницу.
Я вошел в кабинет и прижался к холодной двери. Услышал самодовольный голос Энвилла в холле — судя по интонации, что-то необычное. Поймал кого-то? Я вызвал Первого, приказал разведать обстановку и доложить. Парень украл велосипед, который нашли рядом с местом похищения, потом пробрался на частную собственность и пытался украсть мальчика 11 лет… Это кажется нелепым после всего. Я уже не уверен, что Мэд Кэптив — человек, а может ли в этом быть замешан какой-то парень? Я составил рапорт на него: хищение чужого имущества, штраф в определенном размере. Сказал Первому отнести это Роучу.
Холл. Подвал. Комната допроса. У меня есть 7-10 минут, чтобы опросить его и вынести вердикт.
Это шутка? Будто я попал на вступительный экзамен в полицейской академии… Эмоции яркие, искренние — несправедливость, возмущение. Преступники сдержаны на допросе, когда понимают свое положение. Здесь все просто и по-детски наивно. Так не выглядит человек, которого поймали с поличным. Так не выглядит маньяк… Я слушал избирательно, но история звучала емко, складно, а ложь обычно наполняют деталями и рано или поздно сбиваются. Что-то все равно недоговаривает, но бо́льшая часть — правда. Быстрая речь, жестикуляция даже в наручниках, слабый акцент от волнения. Отвлекает? Нет, скорее особенность национальности: итальянец. Его зовут Армани Коллин, работает на фабрике «Тедди’с Хоум». Опять игрушки… В пальто вместе с диктофоном был брелок с плюшевым медведем их фирмы. Алисия положила? Странно другое: миссис Веритас советовала семье купить игрушку, и они были прикреплены к швабрам Рауля и Винсента. Что за связь с монстрами?
Сначала отказывался сотрудничать, но объяснение его положения подействовало. Мне без разницы: я мог пойти к миссис Веритас, а потом, если нужно, к начальнику фабрики. Но вытащить его нужно хотя бы ради правосудия. Я позвонил Роучу с просьбой подписать рапорт и освободил парня.
Шестое чувство у Энвилла развито лучше интеллекта. Он увидел нас в коридоре нулевого этажа, обескураженно держа руку на кобуре. Я все объяснил, уличил его в некомпетентности. Навевает воспоминания об академии: он завидовал, потому что я был лучшим, пытался обойти и подставлял. Из него вышел бы неплохой детектив, если бы думал не обо мне, а о себе. Ничего не изменилось: переход на личности — парирую. Я знал, что он не решится на драку, поэтому мы спокойно вышли на парковку… Не сомневался, что он будет преследовать нас. Пришлось поиграть в салки, вдавив педаль газа: держать дистанцию, срезать углы на поворотах, ехать зигзагом по смежным улицам и закончить все петлей, оказавшись сзади… Армани попросил проехать на конкретный адрес. Что-то важное для него, выглядел тревожно. Я бегло просмотрел его личное дело, когда писал рапорт: не видел там этого адреса. Ехать на фабрику в ближайшие полчаса все равно нежелательно из-за Энвилла, поэтому я согласился.
Мы подъехали в квартал с многоэтажными домами. Армани бледнел по мере приближения к подъезду, не сразу выбрался из салона и шел ко входу медленно, будто на раскаяние в преступлении… Его не было 12 минут. Этого хватило, чтобы еще больше изменить его: взгляд внутрь себя, отсутствие эмоций, молчание и неподвижность. Шок субъективно такой же, как у меня в приюте.