— Маккей, — когда тянусь за ним, хватаю лишь воздух.
— Не подходи близко. Она делает это намеренно. Она в форме Водяного Духа.
— Что?
Звучит так, будто слова произнесены сквозь гримасу.
— И она играет с нами.
Не могу вспомнить его уроков. Не сейчас. Не с давящей, удушающей темнотой.
— Водяной Дух? — выдыхаю я.
— Они сводят любовников вместе и настраивают друг против друга. Она использует эту форму, чтобы найти наши слабости. Хочет, чтобы я причинил тебе боль.
Смех Морриган раздается у меня в ушах.
— Причинил тебе боль? — она шепчет со смехом. — Он хочет убить тебя.
Кидаюсь, стараясь попасть кулаком в лицо создания, но она слишком быстра. Она уже позади меня, выдыхая холодные, жалящие слова мне в ухо.
— Он не может прятать свои мысли от меня. Я была первой Неблагой. Его кровь — моя кровь.
Кручусь, вновь делая бросок.
Она у меня за спиной, дьявол, заполняющий мою голову ужасными сомнениями. Где Киаран?
Как будто бы ощутив, что ищу его, горячий пещерный туман проясняется достаточно для того, чтобы увидела его в профиль. Он неподвижен. Даже не шелохнется. Прислушивается?
— Это в его природе — охотится за твоим видом, — чувствую, как она перемещается вокруг меня, прижимаясь ближе. — Он может долго сопротивляться моему проклятию, но в итоге сдастся. Ничего не сможет сделать с желанием покормиться тобой.
Тогда понимаю, что Морриган, бесспорно, говорит не только со мной. Она не только у моего уха.
У его тоже.
Произношу его имя, тихо, но настоятельно. И когда он смотрит на меня. . О, Боже.
Я замираю. Киаран смотрит на меня сквозь ресницы, его взгляд темный, скрытый, но интенсивный.
"Ты Киаран или Кадамах?"
Что-то мелькает в его глазах. Я не знаю.
— Ты видишь, как он смотрит на тебя? — Морриган звучит как победительница в сражении, идущая по телам. — Прямо сейчас он едва может дышать без того, чтобы не соблазниться твоей кровью. Это мое проклятие, — ее губы сомкнулись на моем ухе. — Это наказание его рода.
Рыча, поворачиваюсь, чтобы схватить Морриган, но, как только я думаю, что столкнулась с чем-то твердым, она оборачивается в туман, ускользая, гортанно смеясь.
— Маккей, — прорываюсь сквозь воду, направляясь к нему. — Послушай меня, — резко говорю, когда достигаю его, — слушай мой голос. Ты Неблагой Король. Теперь брось все это и помоги мне. Как нам убить ее?
Киаран единожды мотает головой, но его тьма не оставляет его лица. Мы плывем к другим валунам, показывающимся из воды; он близок настолько, насколько может приблизиться, не прикасаясь.
Его голос опускается достаточно низко, только чтобы я могла его слышать, неровный, будто его подталкивают говорить.
— Если она примет физическую форму, ты, возможно, сможешь пересилить ее и воспрепятствовать тому, чтобы она снова приняла бестелесную форму.
— Как мы заставим ее принять физическую форму?
Киаран судорожно выдыхает, затем кладет ладонь на мою щеку.
— Доверься мне.
Как только он наклоняется ближе, я могу увидеть голод в его взгляде. Его зрачки расширены, как у хищника, готового напасть на свою добычу
Затем с мучительной нежностью он прижимается поцелуем к моим губам.
Это требует от меня всех моих сил — остановиться, чтобы не притянуть его ближе к себе. Ногти вонзаются в кожу ладоней.
«Замри. Не двигайся. Не дыши. Даже не думай».
Я знаю, его контроль неустойчив. Чувствую это, когда его губы дрожат у моих. Он дышит медленным, продуманным способом, будто бы пытается сохранить спокойствие.
Для нас это целомудренный поцелуй. Не знаю, как такое простое касание оставляет меня дрожащей, но я не единственная такая.
Пальцы Киарана следуют вниз по моему мокрому пальто, касание огня через холодный материал. Затем его рука проскальзывает под него, находя мою талию, пальцы ласкают кожу там, где рубашка и штаны встречаются. Мой разум шепчет простое слово: "Да".
"Да".
Когти проходят по моей спине, прорываясь через материал глубоко в мою кожу, и я кричу. Но мои инстинкты не подводят меня. Разворачиваюсь в руках Киарана, поднимаю ладони, и развязываю свои силы.
"Замри", — командую со всей силой Кайлих, — "Не двигайся".
Морриган мечется в теле фейри, разбрызгивая повсюду воду. Ее сапфировые глаза горят ненавистью и отвращением.
— Мерзкий человечишка.
— Этот мерзкий человечишка только что пленил тебя, — говорю я. — Маккей, — когда он не движется для удара, бросаю на него взгляд. — Маккей?
Тихое проклятие сбегает с моих губ.
Он пялится на меня… Нет, не на меня. На мою спину, где Морриган своими когтями порезала мою кожу, так глубоко, что могу учуять свою кровь, смешанную с водой.
Губы Киарана приоткрываются. Затем вижу маленький проблеск клыков, опускающихся над его зубами. Когда его глаза встречаются с моими, обычно яркие радужки его глаз затенены чем-то более темным.
Чем-то голодным.
— А вот и оно, — шепчет Морриган. — Мое прекрасное Неблагое проклятие.
— Замолкни, — резко говорю я.
Энергия, чтобы сохранить ее материальное тело, уже несет негативные последствия. У меня начинает кружиться голова. В висках стучит, и зрение расплывается. Мое человеческое тело не может выдержать это, и у меня не было шанса восстановиться с момента последнего использования силы. Боюсь, что, если попытаюсь убить ее, снова отключусь.
"Доверься ему. Доверься ему".
Морриган подходит ближе, сопротивляясь лимитам моей силы. Она ощущает возможность.
— Я могу читать его мысли. Должна ли рассказать тебе их?
— Остановись, — мое зрение ослабевает.
— Он сражается между своими чувствами к тебе и его волей к выживанию. Как думаешь, что из этого одержит победу? Думаешь, он сможет пойти против того, ради чего он был создан? Того, что я предначертала ему делать? Мое проклятие всегда побеждает.
"Его голод всегда побеждает. Всегда".
— Маккей, — говорю я, его имя едва слышнее шёпота, поскольку борюсь за то, чтобы остаться в сознании. — Посмотри на меня. Слушай мой голос.
"Ты Киаран или Кадамах?"
Он приближается, двигаясь сквозь воду, словно великая тень. От этого он кажется больше, более грозным. И хотя силы его связаны, Киаран не человек. Он создание тьмы, фейри во всех отношениях. Тот Неблагой в нем, которого всегда видела затаившимся под поверхностью, больше не скрыт.
И центр его внимания, и этих глубоких темных глаз, — я. Нет ничего в его взгляде, чтобы указать, что он рассматривает меня как нечто другое, чем средство для выживания.
"Доверься ему. Доверься ему".
Его имя на моих губах, умоляющий шёпот: "Посмотри на меня. Вернись ко мне".
Морриган смеется.
"Доверься ему. Доверься ему".
Он так близко. Его клыки мелькают, тянутся за мной, чтобы высосать всю жизнь из меня…
Киаран хватает Духа за горло и быстрым движением руки сворачивает ей шею. Задыхаясь, смотрю на сгорбленную, безжизненную форму Духа, когда притягиваю силы в себя. Я игнорирую барабанящую боль в моих висках и смотрю на Киарана, но он не смотрит на меня.
Ему и не нужно.
Слева от меня начинает крушиться стена пещеры так легко, как сухая грязь, открывая портал. Маленькие кусочки камня расплескивают воду вокруг нас. Брызгаю водой в лицо, подготавливаясь к очередному сражению — к возвращению Морриган. Но все, что я вижу через портал— это лес под восхитительными звездами на ночном небе. Выход из пещеры.
Прямо за линией темных деревьев, клянусь, мельком вижу девушку с длинными волосами и бледной кожей, освещенной лунным светом.
Но когда смотрю вновь, ее уже нет.
Глава 29
Снаружи пещеры возвышается лес с такими густыми и темными деревьями, словно покрытыми сажей колоннами. Высоко висящая яркая полная луна освещает верхушки ветвей темноватым, пылающим туманом. Я отклоняю голову назад от прохладного ветерка, дрожа в своей мокрой одежде.