— Очень интересно!– вклиниваюсь в диалог я, аккуратно завладевая рукавом рубахи Моля.– А не продолжить ли нам знакомство… в…
Взгляд шарит в поисках подходящего места. Вот, кажется и оно…
— … в «Белке и кружке»?– на вывеске пивная пузатая чаплажка и проворный грызун, уже нащелкавший солидную горку орехов на закуску.
— Кхе-кхе-кхе…– заранее обводит усы, будто очищая их от пены, кузнец,– оно, конечно, можно. Товар мой не портится вовсе, не молоко али морс, не прокиснет и не забродит, подождет, сколь надо. — Но…
У меня сердце замирает. Неужели репутации окажется недостаточно?
— … Но вот в «Стрелке и Бочонке»… оно было б как-то сподручнее… Там и пиво с медовицей крепче. И народ проще!
— Тебе виднее, уважаемый Моль!
— Между прочим, у нас еще основное задание не завершено… А кое-кто собрался мед-пиво пить… И пушистика я этому бородачу не отдам, пусть губу не раскатывает,– шипит мне в ухо спутница.
И тут же меняет тон на просительно-ласковый:
— Ты же отдашь Петеньку мне?
Вот в этом все женщины! Впрочем, просительные нотки в голосе вполне объяснимы. Я формальный лидер группы. Без моего одобрения приватизировать пета или любой другой игровой предмет, невозможно! А из этого следует что? Правильно, следует, что взять сейчас паузу будет в самый раз. Лишний рычаг влияния на Машу-Морену мне не помешает. А то совсем разболталась девчонка!
— Пусть пока у меня побудет! Для надежности!– и питомец, подхваченный с ладони, легко спикировал в пространственный карман.
Заведение нашлось неподалеку, народу в корчме оказалось немного, интерьер роскошью не блистал, скорее являя собой пример средневекового минимализма. Камин, лавки, длинные столы, небольшие затянутые полупрозрачной слюдой оконца. С другой стороны все смотрелось вполне благопристойно и опрятно.
Не успел объемный мешок Моля, брякнув железками, опуститься на пол, к нам уже подскочила местная официантка.
— Чего изволит господин кузнец? Багряницы, как обычно? А его уважаемые спутники?
— Багряницы, для зачину, всем! Багряница она для утробы как…
— Я не буду!– категорично отрезала Машка.
Толчок локтем под ребра не возымел на нее никакого эффекта.
— Кузнец оценивающе прищурился.– Ну… Мабуть… девице и не пристало с мужланами пиво да настойку хлебать. Принеси ей квасу, Марта! Али кислицы тебе, девонька с ягодкой морошковой да веточкой можжевеловой?
Даже я не понимаю, оказывает Моль любезность моей спутницы или жестко трунит над забывшей правила приличия девчонкой. Что уж говорить о Маше.
Морена, на всякий случай, фыркнув, уселась на лавку.
Кружки, вырезанные из дерева, в мгновение ока оказались перед нами.
— Пенное,– с чувством пробасил кузнец, сдувая благоговейно с напитка пузырящуюся шапку.
Я последовал его примеру, пригубив напиток. Ощущения вкусовые остались самые приятные, смущал только рубиновый цвет.
Моль, оказывается, не сводил с меня глаз, пока я знакомился с содержимым кружки. И тут же предупредительно пододвинул ко мне невесть когда появившееся на столе широкое блюдо.
— А ну-кась, зажуй красненькой.
Блюдо содержало пузатые белесые грибочки, масляно блестевшие выпуклыми боками. Дары леса окаймляли гроздья рябины, сорванные прямо с веточками, окаймленные характерными вытянутыми листочками. Я отщипнул парочку мелких ягод и отправил в рот. Сочетание свежего вкуса напитка и кисло-сладкого местной рябины, было изумительным.
— Ты точно кузнец? Судя по тому, с каким мастерством ты управляешься с гостями, я бы сказал, что ты первый виночерпий при правителе!
— Скажешь тоже!– отмахнулся новый знакомый, но сравнение, судя по всему, показалось ему лестным. Во всяком случае, сообщение об увеличении репутации с персонажем не заставило себя ждать.
Я мельком отметил кислое выражение мордашки Маши, уже попробовавшей зеленоватый травяной коктейль из глиняной чашки. Ну что ж, наперед будет наука, что с добрым человеком (пусть даже не совсем человеком, а его цифровой имитацией), и самой не грех поприветливей быть.
Я извлек мохнатое недоразумение и осторожно примостил на край стола. Кто его знает, может не принято тут у них тащить на стол… всякое.
— Так что за зверь это… Моль?
Глаза кузнеца ностальгически повлажнели.
— Ты это… убери все ж его… туда, откуда достал. Непривычен здешний народец к коббоку.
— К коббоку?
Мимоходом отметил, что слово читается одинаково в обоих направлениях. Напряг память, отыскивая нужное слово. «А роза упала на лапу Азора»… Тьфу, пропасть, да как же его⁉ О, палиндром!