Михаил, стоя в центре морга, продолжал раздавать приказы, его взгляд был твёрд, а голос — непреклонен. Он не мог позволить себе слабость. Не сейчас. Не тогда, когда от его решений зависит жизнь Вероники.
— Если это тот на кого мы думаем, — начал Иван, — действительно думаете, что он может ее убить?
— Ни в чем нельзя быть уверенным, ты просто его не знаешь, — ответил Ратмир. — Я знаю его вот уже двадцать пять лет, но в свете последних событий, мне кажется что я не знал его совсем.
Они вышли из морга, где царил холод и смерть, но теперь их цель была яснее, чем когда-либо. В их глазах больше не было отчаяния — только решимость и стальной блеск целеустремлённости.
Михаил шёл впереди, его шаг был твёрд, а взгляд — пронзительно-острый. Катрина, Ратмир и Иван следовали за ним, словно тени, готовые к любым испытаниям. Теперь они не просто искали — они знали, что Вероника, возможно, всё ещё жива, и эта мысль придавала им сил.
Каждый из них понимал: это может быть их последний шанс. Шанс спасти ту, ради которой они были готовы на всё. И они будут цепляться за эту вероятность до последнего вздоха, до последней капли сил.
Город расстилался перед ними, словно карта боевых действий. Каждый переулок, каждый дом, каждая подворотня могла стать местом, где их ждала Вероника. И они были готовы обыскать каждый сантиметр этого города, если потребуется.
Ратмир развернул карту района на капоте машины, его пальцы уверенно отмечали возможные места укрытия.
Иван торопливо достал телефон, его пальцы нервно забегали по экрану. Он знал наизусть все нужные номера, но сейчас, в этой оглушительной тишине, даже простое действие казалось невыносимо сложным.
Михаил тем временем набирал номер информатора.
— Мне плевать, сколько это будет стоить, — чеканил он в трубку. — Я хочу получить все записи с камер в этом районе. Всё, что у вас есть!
Катрина, стоя в стороне, получила сообщение на телефон и тут же озвучила его:
— Они специально выбрали это время, — пробормотала она, хмуря брови. — Тело подбросили всего час назад, когда мы уже начали поиски.
Ратмир поднял голову от карты, его взгляд стал ещё более пронзительным:
— Значит, они наблюдают за нами...
Михаил, не отрывая трубку от уха, сжал челюсти так, что на скулах заиграли желваки:
— Тогда и мы начнем охоту...
Катрина
В маленьком уютном кафе, где приглушённый свет создавал атмосферу уединения, Катрина и ее подручный Влад заняли столик у окна. Здесь, вдали от посторонних глаз, они могли поговорить откровенно.
Влад, обеспокоенный тем, что Катрина почти совсем отошла от дел, не мог скрыть тревогу в глазах. Он знал, что она всегда была человеком действия, а теперь словно замкнулась в себе.
Катрина заказала кофе, но так и не притронулась к нему. Её взгляд был устремлён в окно, где за стеклом проплывали редкие прохожие. Она словно находилась где-то далеко отсюда, погруженная в свои мысли.
В воздухе повисло напряжённое молчание. Влад понимал, что нужно дать ей время собраться с мыслями, но его беспокойство нарастало с каждой минутой. Он знал, что Катрина никогда не была той, кто легко сдаётся, и её нынешнее состояние говорило о многом.
Наконец, она перевела взгляд на Влада, и в её глазах он увидел ту же решимость, что и раньше. Но теперь к ней примешивалась усталость — усталость человека, который слишком долго нёс на своих плечах груз ответственности.
— Я знаю, о чём ты хочешь спросить, — тихо произнесла она, наконец нарушив молчание. — И у меня есть на это причины.
— Ты слишком привязалась к ней, — голос Влада звучал строго. — Это опасно.
Катрина подняла глаза, в которых читалась боль. Она посмотрела на мужчину, который за эти года изрядно постарел. Его карие глаза смотрели с грустью, седых волос стало больше, но он все еще так же красив как в их первую встречу.
— Она напоминает мне… нашу девочку, — прошептала она, и в её голосе проскользнула тоска.
Влад тяжело вздохнул, отводя взгляд. Когда-то они были счастливы вместе — он и Катрина. Их любовь была сильна, но общее горе развело их по разным берегам. Смерть их дочери стала той трагедией, которая изменила всё.
Местный чиновник, сбивший их ребёнка, остался безнаказанным благодаря своим связям и деньгам. Именно тогда, движимые общим горем и жаждой справедливости, они создали «Орден» — тайную организацию, карающую тех, кто нарушает законы и уходит от ответственности.
— Мы создали Орден не для того, чтобы ты привязывалась к каждой жертве, — тихо произнёс Влад. — Наша цель — справедливость, а не личные чувства.