Катрина первой заметила, как девушка споткнулась о растянутый кабель – старый, покрытый ржавчиной провод, натянутый между двумя контейнерами на уровне щиколотки. Это было похоже на охотничью ловушку, и девушка угодила прямо в неё.
Михаил, самый быстрый из четверых, успел схватить её за капюшон в тот момент, когда она падала. Ратмир, тяжело дыша, склонился над ней:— Вероника…
Но Катрина, дрожащими руками потянувшая капюшон вниз, замерла:— Это не она…
Перед ними лежала девушка слегка похожая на Веронику, но с другой формой скул и более светлыми глазами. Её лицо искажала гримаса страха:— Что вам нужно? У меня нет денег!
В этот момент все четверо замерли. Дождь продолжал барабанить по крышам, создавая зловещий аккомпанемент этой неожиданной встрече.— Что вам от меня нужно? — продолжала девушка, смотря на людей перед собой с безумными глазами.Катрина, чувствуя, как ярость закипает в венах, шагнула ближе:— Вы знаете Веронику Церцер?
Девушка, нервно оглядываясь на тёмные проёмы между складами, ответила дрожащим голосом:— Это та девушка, из-за которой всё началось?
Иван, словно тигр, готовый к прыжку, надвинулся на неё:— Ты знаешь, где она? Говори!
— Клянусь, я не знаю ничего! — пропищала девушка, когда Михаил в последний момент успел схватить Ивана за плечо.
— Совсем с катушек съехал? — прорычал Михаил, удерживая друга.
Ратмир, чувствуя, как земля уходит из-под ног, прошептал:— Простите. Мы обознались.
Иван, отвернувшись, сжал кулаки так сильно, что кости затрещали. Его лицо исказилось от ярости:— Опять ложный след!— он пнул какойто выступ, который разлетелся в щепки.
Михаил, чувствуя, как последняя надежда ускользает сквозь пальцы, пробормотал:— Простите за беспокойство.
Катрина, бросив последний взгляд на перепуганную девушку, развернулась. Дождь, словно вторя её настроению, усилился, барабаня по крыше ч лютой ненавистью.
Напуганная девушка , продолжала лежать и смотреть на них с ужасом. Они молча развернулись и пошли прочь, оставляя незнакомку в темноте. Капли воды смывали их следы на грязной земле, как будто стирая последние крупицы надежды.
Катрина, идя последней, обернулась. В темноте проёма между складами она увидела движение. Кто-то наблюдал за ними.
— Смотрите, — прошептала она, указывая на тёмный проём.
Все остановились, напряжённо всматриваясь в темноту. Но там уже никого не было. Только дождь продолжал падать, создавая узоры на разбитых окнах заброшенных складов.
— Это конец, — тихо произнёс Ратмир. — Пока она не хочет быть обнаруженной, мы так и будем по кругу ходить.
Михаил, обернувшись к друзьям, сказал:— И что, хочешь сказать, что мы должны прекратить?
— Я не прекращу ее искать, но дальше я буду делать это без вас.
— Ну конечно, ты ведь у нас великий сыщик, со связями, — Михаил только успел договорить, как Ратмир, словно разъярённый бык, бросился на него, его кулак со свистом рассек воздух и врезался в висок. Ратмир уже давно хотел проехаться по его физиономии, и это была последняя капля. Михаил отшатнулся, но устоял на ногах. В следующее мгновение они уже сцепились, катаясь по грязной земле, сыпля ударами и рыча, как дикие звери.
Иван и Катрина молча наблюдали за этой сценой, понимая, что им тоже нужно выпустить пар. Напряжение последних дней, бессонные ночи и постоянные неудачи требовали выхода. Они стояли в стороне, готовые в любой момент вмешаться, если драка выйдет из-под контроля.
Через пару минут Иван, видя, что Михаил начинает брать верх, решительно вмешался. Он схватил обоих за шкирки и резко развёл в стороны, на удивление, Иван был гораздо подготовленным физически. Бывший следователь, прекратил перепалку за секунду.
— Каждый может пойти своей дорогой, не обязательно кулаками махать! — прорычал он, тяжело дыша. — Вы два кретина делите того, чего нет.
Ратмир одергивая одежду, взглянул на Ивана.
— Твоя рожа тоже просит кулака Иван, и уже давно.
— О, — отозвался он, — ну давай! Покажи на что способен бывший криминальный авторитет, и я покажу тебе, что могу я.
Ратмир наградил Михаила и остальных презрительным взглядом, полным разочарования и горечи. Его губы скривились в усмешке, а в глазах читалось: «Вы не стоите моего времени».
Дождь хлестал по ржавым крышам складов, превращая грязный асфальт в бурлящее месиво. Ратмир, весь в комьях засохшей земли, резко дернул плечом, словно стряхивая не только воду, но и саму компанию. Его сапоги чавкали по лужам, а тёмный плащ сливался с сумерками — через пару шагов от бывшего союзника осталось лишь расплывчатое пятно в пелене ливня.
— Ва́ли отсюда! — рявкнул Михаил, сжимая кулаки так, что костяшки побелели. Но фальшь в голосе выдавала его: этот крик был больше для себя, чем для убегающего.