— Я не хочу вариться в этом дерьме, Ратмир, — произнесла она, и тот чуть не подавился дымом.
— Поясни, — протянул он, и кожаное кресло затрещало под его натиском.
— Нечего пояснять, я не буду торговать наркотой, это ясно?
Ратмир встал с кресла и подошёл к ней. Запах дорогого табака ударил ей в нос, приглашая закурить. Она достала сигарету и закурила. «Бросишь тут с вами…»
— Никто тебя лично это делать не заставляет, твои активы оплачивают другим людям за это.
— Да плевать, кто и что оплачивает, я сказала, я не стану…
Ратмир перебил её.
— Ты знаешь правила игры, Вероника, кто не играет, тот умирает, всё просто.
Вероника кинула непотушенную сигарету на пол и сказала:
— Мне плевать, — протянула она по слогам. — Я напишу свои правила.
В её глазах горел огонь решимости. Она больше не могла оставаться в стороне от этого кошмара. Пришло время положить конец наследию отца и начать новую главу своей жизни, даже если для этого придётся идти против всей организации.
Глава 5 Покер
Ева среди змей
— Ты в своём уме? — Вероника с возмущением уставилась в экран, её взгляд был настолько яростным, что мог бы воспламенить азот. Её пальцы на столе выстукивали гневную морзянку, словно передавая сигнал бедствия. — Какой ещё «знатный вечер»? Я не из тех, кто посещает подобные места.
— Это не зависит от твоих предпочтений, — Ратмир произнёс эти слова с такой сладостью, что Веронике на мгновение представилось, как он поправляет галстук перед зеркалом, довольный собой. — Тебе нужно появится на этом вечере. Платье уже в пути. Алый шёлк — твой любимый цвет.
«Откуда он знает? — подумала девушка. — Я никому не говорила о своей любви к алому цвету». Хотя, возможно, это было очевидно по цвету её помады, которую она носила почти каждый день.
— Мне? Шёлк? — Она фыркнула так громко, что даже уличная кошка на подоконнике вздрогнула. — Ты точно не перепутал меня ни с кем?
— Я зову тебя не поэтому, — его смешок прозвучал как щелчок замка в клетке. — Там будут все сливки общества, ты вроде как ведёшь дела, и все должны знать тебя в лицо.
«Ключевое слово — "вроде как"», — подумала Вероника.
Когда курьер протянул коробку с бантом, Веронике показалось, что он дразняще подмигнул ей, а затем в ужасе убежал, заметив гнев в её глазах. Внутри лежало творение из алого ада — платье с вырезом до пупка и открытой спиной, где могла бы поместиться карта её жизненных ошибок. Ткань струилась, как расплавленное алое золото, подчёркивая каждую линию тела с хирургической точностью.
— Убийца в красном, — прошептала Вероника, усмехаясь, примеряя наряд перед зеркалом-сообщником. Кружевные рукава обвисли, как смирительная рубашка, а декольте кричало громче, чем её байк, когда она выжимала газ.
Ее телефон завибрировал на дисплее мигало сообщение:«В следующий Четверг, гонка на Байкер Стрит». Вероника обожала адреналин который получала от байкерских утех, но в этот раз, лишь сжала в руках телефон, игнорируя сообщение. Ее рука снова набрала номер Ратмира.
— Ратмир! В нём же можно только стриптиз танцевать! — закричала она ему в трубку.
— Уверен, оно сидит на тебе идеально, — его голос звенел, как бокал с шампанским. Казалось с издевской, но с неприкрытым восторгом. «Какая муха его укусила? Комплименты, этот тон голоса», — крутилось в ее голове.
Ратмир несколько мгновений помолчал и вдруг выпалил:— Ты же знаешь правило: чтобы уничтожить систему, нужно сначала войти в неё… босиком.
Вероника поняла, что он ведёт её туда не только чтобы показать, у него есть свои планы. «За какую команду же ты играешь? Отстраняешь меня от дел, не договариваешь, а теперь намекаешь на что-то?» — она не могла избавиться от этих навязчивых мыслей, будто что-то не так.
Когда лифт спускал её в холл, платье шелестело, как осенние листья под ногами приговорённого. В ее пупке красовалась серьга в виде черепа, она специально оставила ее, как маленький бунт, против Ратмира.
Ратмир ждал у лимузина, одетый в смокинг цвета кофе с молоком. Его взгляд скользнул по её фигуре — не восхищение, а расчёт снайпера, проверяющего траекторию, он стрелял глазами, чётко оценивая каждый изгиб её тела. Ратмир задержался на сережке в пупке и уголок его губы медленно пополз вверх. От его взгляда Вероника почувствовала приятные мурашки, которые тут же приструнила.
— Готова сыграть Еву среди змей? — Он открыл дверь с театральным поклоном.
— Лучше бы ты прислал кольчугу, — Вероника впорхнула на сиденье из кожи цвета воронёной стали, чувствуя, как шпильки туфель впиваются в коврик с монограммой. — Но учти — если кто-то «случайно» заденет мой вырез взглядом, я задушу его собственным галстуком.