— Вероника!
Она обернулась, и их взгляды встретились. В этот момент они оба поняли — то, что между ними происходит, невозможно игнорировать. Их дыхание участилось, а сердца забились в унисон. Но вместо того, чтобы признаться в своих чувствах, Ратмир просто сказал:
— Завтра я буду занят, в офисе меня не будет.
— Хорошо, — ответила она, хотя в её голосе звучала явная грусть, а в глазах промелькнула боль.
Вероника вошла в дом, а Ратмир еще долго сидел в машине, глядя на её окна.«Испугался как мальчишка, — думал Ратмир, — она ведь хотела чтоб я остался. Или я просто наивный дурак и сам себе это придумал». Его пальцы нервно барабанили по обивке автомобиля, а в голове крутились мысли, которые он не мог упорядочить. Он знал, что должен что-то решить — либо признаться в своих чувствах, либо отпустить эту ситуацию. Но пока он не был готов сделать ни то, ни другое. Его руки сжимались в кулаки, а затем снова расслаблялись, выдавая его внутреннюю борьбу. Он понимал, что этот вечер стал поворотным моментом в их отношениях, но что делать дальше — не знал.
А где-то наверху, в своей спальне, Вероника смотрела на фотографии со своей последней гонки, нервно теребя рамку в руках. Её глаза были влажными от непролитых слез, а в груди жгло от невысказанных слов. Она тоже не знала, как поступить. Но одно она понимала точно — нужно игнорировать все чувства, связанные с этим человеком. «Он не такой. Он вел себя так любезно только из своей выгоды, не более. Забыла, как он мерзкий? Что он делает, как разговаривает с тобой, вот и напоминай себе почаще. Чтоб в голову всякая брехня не лезла», — повторяла она себе, пытаясь заглушить голос сердца, который кричал совсем другое.
Глава 6 Начало расследования
Орден
В полумраке кабинета, где тени игриво плясали на стенах, следователь Иван Курский, чей облик излучал властную уверенность, словно аромат выдержанного коньяка, с нетерпением ждал прихода своей гостьи. Вероника Церцер, по его мнению, была девушкой с нравом, подобным буре, а её эмоции пылали ярче, чем огонь адского пламени, словно искры от кузнечного горна. Он одновременно и ждал, и боялся этой встречи. Эта непредсказуемая и яркая девушка вызывала в нём чувства, которых он никогда прежде не испытывал.
Вероника вошла в кабинет без стука и устало опустилась в кресло напротив Ивана. Она сидела в нём, как хозяйка не только этого кабинета, но и всего мира, словно королева на троне. Её искусно сшитая чёрная кожаная косуха казалась второй кожей, а алая помада мерцала, словно кровь, подчёркивая яркие синие глаза, в которых таилась бездна. Вероника хотела вывести Ивана из игры, но после того, как он спас её с того корабля, она изменила своё решение. Благодарность, подобно драгоценному камню, вспыхнула в её душе, но на поверхность не пробилась. Он так и не дождался от неё слов благодарности, что забавляло молодого следователя.
— Выглядишь потрёпанной, — произнёс Иван, разглядывая синеву под её веками, словно разлитые чернила по пергаменту кожи. — Или это новый тренд у молодёжи?
— Вчера Ратмир водил меня по знатному вечеру, как циркового медведя на цепи, — Вероника щёлкнула жвачкой, и звук лопнувшего пузыря прозвучал как выстрел в тишине кабинета. Она задёргала ногой.— Показывал толпе ручную пантеру.
Следователь сжал стакан с кофе так, что треснула картонная ручка. Аромат горечи смешался с запахом её духов — дымчатым, как пепел после пожара. Его почему-то злила мысль, что она проводила время с другим мужчиной.
— И? Понравилось быть марионеткой?
— Как льву в клетке, — Вероника бросила взгляд на окно, где солнце играло лучами, а деревья громко шумели листвой. «Шум аплодисментов… Или это грохот замков на моих кандалах?»— пронеслось в ее мыслях.
Он пододвинул ей стакан, но она отстранилась, словно от яда. Кофе колыхался тёмным зеркалом, отражая трещину в потолке — тонкую, как её судьба. В последнее время, она слишком часто стала пить этот напиток, от чего качество ее сна ухудшилось.
— У меня для тебя искра, — голос Ивана упал до шёпота, заставив воздух вибрировать, как струны расстроенной арфы. — Не улика, взрывчатка.
Вероника замерла, её нога перестала раскачиваться. Зрачки сузились, она взглянула на следователя, с надеждой, что наконец-то он будет полезен в ее расследовании.
— Я узнал о группировке Орден, — произнёс он, и слово повисло в воздухе чёрным пауком на невидимой паутине. — Их ещё называют чёрными пауками, и насколько я понял, они копают под Орхидею.