Кто хозяин этого, кто приходил и куда исчез? Хотя, кто-то был дома, а они, увы, в гостях.
- В плену, ни на кого не глядя, сам себе сказал Баклан, и они дружно перезарядили стволы. С другой стороны лежащего самолета раздалось знакомое сопение, и они, не сговариваясь, бросились за невысокую серую дюну. Когда через пару секунд Баклан выглянул, не поверил глазам - самолета уже не было! Совсем! Того, кто сопел за самолетом, тоже. Фунт присел на песок. Баклан рядом.
Молчали, кажется, попали по полной. Закурили. Не доверяя земной стали, положили на песчаную серость стволы и оставшиеся патроны. Отошли метров на десять и стали ждать.
Когда сзади них кто-то, то ли крякнул, то ли хрюкнул, пытаясь обратить на себя внимание людей, они уже не испугались. Посмотрели друг на друга и повернулись.
- Мир входящему, - негромко, но очень отчетливо сказало существо.
- Привет и тебе, чужеземец, - так же негромко и отчужденно выдавил Баклан.
- Готовящиеся умереть приветствуют тебя - приложив руку к сердцу, прообезьянничал Фунт. Они постояли на месте несколько мгновений, потом подошли к существу поближе. Страх сам собой прошел, верх, как всегда взяло любопытство. К тому же уверенность в том, что они далеко-далеко от родной Земли, что они далеко в космосе, была не их собственной, а каким-то образом переданная им со стороны, они это явно ощущали.
- Пойдем, - куда то в сторону кивнул ушастой головой серый, и не спеша, как ходят у себя дома, пошел к стене. Люди послушались - куда деваться?
Они шли и разглядывали это странное серое несуразие. У существа была идеальная человеческая фигура. Идеальная до того, что сознание отказывалось принимать это существо за реальность. В другой раз шустрый Фунт сказал бы - смотреть противно!
Но, они не дома, не на Земле. Хотя и Баклан и Фунт неоднократно бывали на Меркурии и на Марсе, и на дюжине спутников больших планет, здесь было совсем другое, они осознавали, что слишком далеко от дома, слишком! Потому ехидничать как Фунт и выдавать пёрлы сарказма, как умел Баклан, они не стали. Не то время, и не то место.
А вот лицо, точнее голову существа описать можно. И даже поехидничать!
Да, из одежды на сером была только, как называется эта штука вроде юбки они не знали, но именно этот лоскут ткани и был единственной одеждой ушастого. Фунт бы сказал, в натуре - юбка, с двумя короткими разрезами по бокам, белая с бордовой окантовкой, с бордовым же поясом непонятно из чего, и не ткань, и не метал, и явно не пластик.
У Баклана в голове вертелось слово - саронг, но он понятия не имел, как этот самый саронг выглядит. Больше всего пояс на этой юбке походил на кожаный, но без пряжек и застежек - сплошной. Впечатляла и давала поводы для зависти хорошо развитая мускулатура, но в меру - в хорошем чувстве эстетики создателю этого существа не откажешь. Голова - такого же серо-оливкового цвета, абсолютно без волос. На лбу начинались и шли через всю голову, до самого затылка, крупные продольные складки кожи. Нос - человечий, но шире внизу раза в два, чем у человека, соразмерно ширине носа большие ноздри, какие-то рисованные, можно сказать даже, какие-то стеклянные, но живо бегающие блестящие глаза. И большие, висящие как у слона, ниспадающие на плечи уши. Узкие, серо-синие губы, очень ровные белые зубы. Никаких приборов, оружия. Разве что на тоненьком шнурке, длиной в два карандаша и раза в три толще, обыкновенная белая палочка. - Наверное, волшебная,- сострил Фунт.
Если бы он знал, насколько в этот раз угадал! Сказочным джиннам не снилось то, что умела эта штуковина.
Они, между тем, подошли к уходящей вверх монолитной стене. Ни дверей, ни порталов, ни ворот. Стена просто проглотила их. Миг темноты, и они в огромном зале сопоставимом размерами с трубой. Размеры зала описать так же сложно, как и трубы в которой они были. Но здесь был потолок. Метрах в пятистах от пола. Да, пол здесь был из полированного камня или черного стекла, очень красивый, монолитный, без швов и стыков. Черный, как ночное небо, с яркими белыми, желтыми и голубыми звездами. Звезды как на небе мерцали.
Это и было небо! Пол был абсолютно прозрачный! Присмотревшись, Баклан заметил квадраты тоненькой, с нитями микронной толщины золотой сетки, нанесенной на пол для ощущения себя в пространстве и ориентации, видимо, у серых зрение было намного острее чем у людей, и они отчетливо видели квадраты этой сетки - передвигались они очень уверенно.
- А они эстеты, - подумалось Баклану. - Мать их!
То же, может подкрепленное большей порцией русского мата, подумал и Фунт.
Исходящий из ниоткуда, конус уютного желтого света высвечивал из мрака "пола" эту тонкую золотую сетку, хотя, для того, чтобы ее видеть, хватало и естественного света звезд. В этом конусе света стояли несколько вполне земных стульев. Серая рука указала на стоящие чуть в стороне от остальных два стула. Фунт с Бакланом, как после долгого перехода, упали на эти стулья с чувством облегчения.