«Нашел время». Дохён нервно смахивает оповещение, как только видит, что это очередная аудиозапись.
Неужели Ынгуку так сложно написать все словами?
Дэн уже собирается возвратиться обратно к аудитории, как двери распахиваются и из кабинета как ошпаренная вылетает Лим Седжон. Стуча каблуками, она снова проходит мимо, не обращая на Дохёна внимания. Полностью погружена в свои мысли – так похоже на нее.
Он смотрит ей вслед и сомневается, стоит ли сейчас вообще ее трогать. Более неподходящего момента для налаживания отношений нужно еще поискать.
– Ким Дохён, – раздается голос за спиной, и Дохён уже знает, кому он принадлежит. – Я почти польщен вашим присутствием на моей лекции. – Дэн оборачивается и смотрит на преподавателя Кима, который уже стоит рядом с ним. – Аж целых два раза мне посчастливилось вас увидеть, поразительно. Наконец-то взялись за ум?
Дохён изучает легкую ухмылку на лице Сокчоля – тот явно говорит с сарказмом, но в голосе этого не слышится. Словно он действительно печется об успехах своих студентов, хоть Дэн и слышал абсолютно противоположное. Хан Сокчоля все в универе боятся, а байки о его экзаменах и контрольных ходят небывалые. А тут уже сам Дохён дважды удостаивается личной беседы с этим деспотом.
– Типа того, – пожимает плечами Дэн. – По вашей рекомендации я теперь занимаюсь дополнительно с Лим Седжон, которая только что сбежала от меня.
– Ничего себе, вот как? – Преподаватель вопросительно приподнимает бровь, словно не верит в услышанное. – Что ж, похвально, похвально, Ким Дохён. Вы выбрали отличного репетитора. А если приложите немного усилий, то, может быть, даже сможете закрыть свой долг.
– Очень рад, что вы в меня верите. – Дэн выдавливает наигранную улыбку, но Сокчоля это лишь забавляет:
– Скорее я верю, что Седжон удастся вас образумить. – Он кладет руку на плечо Дэна и слегка похлопывает. – Успехов.
И, не сказав больше ни слова, проходит мимо и удаляется по своим важным профессорским делам, оставив Дохёна в легком недоумении.
Нет, они точно не любовники, иначе бы Хан Сокчоль не стал навязывать и расхваливать занятия с Седжон. Дэн на его месте бы подальше спрятал свою возлюбленную от посторонних похотливых глаз. Слишком ревнивый, да и собственник в придачу.
Но вопрос «что их связывает» так и остается открытым.
Очередное сообщение приходит на телефон Дохёна, и он шипит и фыркает от раздражения. Достает мобильник и видит, что на этот раз это не голосовое от Ынгука, а СМС от Седжон:
Сегодняшнее занятие придется перенести, появились неотложные дела. Но мы все компенсируем позже. Прорешай примеры, которые были на сегодня. Я знаю, что ты этого не сделал.
Дэн фыркает.
«И все-то она знает», – проносится у него в голове.
Сам-то он о ней ничего так и не выяснил, кроме скудной информации, которую получил от Ынгука на прошлой неделе.
Перенос их занятия очень кстати, ведь мало того, что домашнее задание так и не сделано, так еще и, судя по новому сообщению – уже от Фугу, – парни собираются в бар. Это точно приятнее, чем пытаться понять решение очередного конечного предела.
Приглушенный свет, джазовая музыка и три пинты пива на столе – любимый бар, который парни посещают уже не в первый раз. В последнее время это происходило намного реже, ведь Дэн целый год не вылезал из гаража со своей, уже бывшей, музыкальной группой. Трудился в поте лица над новой музыкой. Оттачивал свои умения и пел до хрипоты в голосе – вот только все без толку. Как же сейчас, наверное, радуется его отец. Ведь сын, несмотря на свой взбалмошный характер, все равно пляшет под его дудку и учится в университете.
…Семья теперь им гордится.
Родителей Дэн может описать как добрых, но строгих. Главным в их семье всегда был и остается отец, а мать лишь поддерживает его и со всем соглашается. Она поощряла увлечения Дохёна музыкой, но только до тех пор, пока остро не встал вопрос о прекращении учебы в университете, который Дэн добровольно выбрал. А выбирал он его из принципа: куда Фугу, туда и он.
Родился и вырос Дэн в Пусане, но, когда окончил среднюю школу, его родители были вынуждены перебраться в Сеул из-за работы старшего Кима. Вся семья была недовольна таким стечением обстоятельств, но, как и предполагалось, они покорно следовали за главой семьи.
Тут-то Дохён и познакомился с Сонги – вступился за пацана с мятными волосами, которого окружили пятеро отморозков за школой. Он был зажат в угол, но продолжал выплевывать ругательства и угрозы противникам. Ни на секунду взгляда не отводил – бессмертным себя чувствовал. Дохёну даже не пришлось долго думать, на чью сторону вставать. Горе-задиры остались в дураках и с нехилыми синяками по всему телу в придачу.