– Все будет пучком, – раздраженно закатывает глаза он.
Пытается успокоить то ли ее, то ли себя.
– Не поверю, пока не увижу. – Она не доверяет ему, что неудивительно.
Сама тянется к входной двери – не хочет ждать от Дэна широких джентльменских жестов. Пусть он там плетется сзади, пытаясь усмирить свой горящий от ее слов зад.
Парковка заметно опустела, но Седжон все равно направляется не туда. Уже неделю она ездит на общественном транспорте и, кажется, начинает понемногу привыкать. Где бы она еще могла узнать, что одевается как распутная девка и выглядит как бледная поганка? К злющим старухам в автобусах у нее уже почти выработался иммунитет.
Седжон бросает небрежное «до завтра» и идет к остановке, в противоположную сторону от парковки. В первый раз Дохён видит, чтобы никто не ждал ее у входа: ни водитель, ни подруги. Седжон вполне может позволить себе такси, если закончился бензин в вишневом «Хёндае».
На улице уже темно и светят фонари, да и задержались они по его вине. Дэн решает, что стоит убедиться в том, что Седжон не придется убегать от шпаны на своих шпильках. Потому что сейчас она выглядит как отличная пестрая мишень для карманников, а может, и кого-то похуже.
Дохёну не нравится Седжон, по крайней мере, в сексуальном плане. И каким бы мужланом она его ни считала, Дохён все равно хочет убедиться, что с ней ничего не случится. Поэтому он уже спешит следом, прибавляя шаг.
– Ты разве не домой? – неловко спрашивает он. Вдруг ее уже ждет парень или жених?
– Домой, а к чему вопрос? – непонимающе оборачивается она, но не останавливается.
– Тогда почему ты идешь на остановку? Тебя разве никто не встречает? – Он решает спросить в лоб, чтобы просто удостовериться.
– Сегодня никто. Я подожду автобус, – безразлично пожимает плечами Седжон, словно все нормально. – Не пешком же до Каннама идти, еще и в этом. – Она останавливается и опускает взгляд, выставляя одну ногу вперед и демонстрируя высоту каблука.
Пытается шутить, а значит, точно что-то нечисто.
– Я могу подвезти, – неожиданно для себя предлагает Дохён. – Но ты вряд ли сядешь на мотоцикл. – Это точно.
– Сомневаешься во мне? – Она с вызовом смотрит в глаза Дэна.
Чувствует, что он ее недооценивает.
– Ну, ты просто такая… Леди, типа. А леди вряд ли сядет на грязный байк, – чешет затылок Дохён.
Все еще неудобно, что озвучил это.
Неприятное молчание повисает между ними на несколько секунд. Настолько неловкое, что Дэн решает, что Седжон его не расслышала:
– Так что, подвезти? Второй раз предлагать не буду.
– Давай, – равнодушно дергает плечами Седжон и без лишних слов направляется в сторону парковки.
Они идут рядом: не спеша, но молча. Седжон ни разу в жизни не сидела на настоящем мотоцикле – автоматы в парке развлечений не в счет. Старается сохранять невозмутимость, как и всегда, а сама уже в тысячный раз жалеет, что согласилась на эту авантюру. Не горит особым желанием ехать на байке с Дэном, но добираться самостоятельно вечером до дома ей не хочется еще больше. Невыносимо находиться одной, поэтому и выбирает меньшее из зол. Худшее, что может с ними произойти, – авария. А судя по тому, что Седжон удалось узнать о своем новом напарнике, это маловероятно.
Если все, что она выяснила, действительно является правдой, то Ким Дохён еще со старшей школы заядлый любитель гонок на высокой скорости. Но бросил это дело сразу после выпускного. Причину этого ей узнать не удалось. Хватило того, что она узнала о их с Фугу бандитском прошлом. Была ли она этому удивлена? Нет. Заинтересована – вполне себе. Прежде не доводилось общаться с подобными персонажами.
Да и Сонги с Дохёном не выглядят как отбитые головорезы. Один – сын знаменитого адвоката, продолжатель семейной династии. Второй – сын предпринимателя из Пусана. А как общаться с детками богатых родителей, она знает. Не раз доводилось контактировать с такими индивидами. Они все одинаковые: избалованные, наглые и самодовольные. Даже если сами отрицают это.
Седжон и сама была такой. Врагу не пожелать того, через что пришлось пройти и с чем она живет по сей день. Это бремя лежит на ее хрупких плечах и с каждым прогнившим днем тащит все глубже на эмоциональное дно.
Главная проблема Седжон в том, что она слишком своевольная и дерзкая. Часто успевает сказать раньше, чем обдумать свои слова.
…И каждый раз расплачивается за это.
Правду говорят: что нас не убивает, делает сильнее. Из раза в раз Седжон думает, что больше не выдержит, но все равно живет дальше. И это замкнутый круг. Как только ей кажется, что лимит надежды уже исчерпан, находятся новые силы и новые проблемы, которые соскабливают последние частички ее энергии со стенок отмирающей души.