Только к вечеру появились Премудрые – все сразу, в каждой прихожей и столовой. Все были облачены в мантии, по моде Королевы и фрейлин, и у всех был праздничный макияж – наконец-то настал этот день! Сестры, шумя в радостном возбуждении, бросились к жрицам. Однако, увидев их суровые лица, все сразу притихли.
– Вследствие неблагоприятных погодных условий, – произнесли Премудрые хором, – прибытие новой Королевы откладывается. Время поста окончено, но Междувластие продолжается.
Поднялся гвалт, все задавали вопросы, но Премудрые только приподняли повыше свои мантии.
– Никаких вопросов. Смиряться, Подчиняться и Служить.
И пчелы ответили после секундной заминки:
– Смиряться, Подчиняться и Служить.
Они смотрели, как уходят жрицы в сопровождении полицейского кордона. Как только они скрылись из вида, всех пчел одолел жуткий голод. Они побежали в столовые и стали поглощать любую пищу, которую удавалось найти. Не без труда они передавали порции друг другу. И каждая боялась заговорить первой. Флора ела, что могла, но понимала: этого недостаточно. Она потрогала свои щеки. Если принцесса задержится, ее яйцо успеет раскрыться и младенец захочет есть раньше, чем Питомник снова вернется к работе. Ее ребенку понадобится Поток, и без кормилиц он умрет.
Голодовка. Кто-то произнес это слово в столовой, и долго сдерживаемый страх прорвался наружу. Не успели пчелы опомниться, как все они стали просить еще пищи или возмущаться ее нехваткой и требовать ответа от полевок, когда улучшится погода и они снова возьмутся за работу, ведь пост обострил их аппетит к Служению, однако Королева не явилась!
Она не явилась, а ведь им обещали!
Отдельные голоса перешли во всеобщий гул, и кто-то из сестер стал требовать тишины, а кто-то – ответов, так что поднялся такой гвалт, что стало не слышно хруста цветочного хлеба. Разум Флоры затопила паника при мысли о ее ребенке, и она почувствовала, как из груди у нее поднимается крик.
– Сестры! Услышьте себя! – прогремел голос со стороны гвардии Чертополоха.
Сестра, сказавшая это, встала и грохнула своей тарелкой об стол, заставив мятежных пчел притихнуть.
– Возьмите у меня! Вы будете как осы?
Все прочие Чертополохи в помещении также отставили свои тарелки, и этот благородный жест заставил остальных пчел устыдиться.
– Мы будем ждать, – сказала первая сестра Чертополох. – Королева придет.
– Королева придет, – повторяли пчелы, и эти слова придавали им силы. – Королева придет!
Следующим утром Премудрые опять не показались, но небеса расчистились и воздух снова потеплел. Пчелы собрались аплодировать и пожелать королевской скорости полевкам, выбегавшим на доску, ведь сестры истосковались по порядку и надежности. Если они не могли получить это в форме Служения и Любви новой королевы, тогда лучшее, что они могли придумать, это снова наполнить Сокровищницу и сделать так, чтобы столы ломились от еды.
Трутни, однако, не имели такого терпения. Новая королева запаздывала, и им было все равно, что сестры недоедали, – они хотели большего. Они распалялись и выказывали раздражительность и негодование, а в итоге собрались вместе и прошли маршем к Сокровищнице, чтобы выразить протест Премудрым жрицам, находившимся там. Сестры, напуганные и снедаемые любопытством, поспешили за ними – посмотреть, что будет.
Премудрые жрицы спокойно выслушали трутней, но это спокойствие только еще больше рассердило их.
– Вы слышите наши жалобы и ничего не делаете?
Премудрая Сестра вежливо склонила голову.
– У нас есть более важные дела.
Трутни переглянулись в изумлении.
– Более важные, чем наш комфорт?
– Братья, если они совсем о нас не думают…
– Мы найдем себе лучший дом!
Сказав так, трутни, невзирая на отчаянные протесты сестер, направились к взлетной доске и в бешенстве улетели.
Флора тем временем возвращалась из полета, неся скудную порцию нектара калины, и трутни пролетели совсем рядом, так что она ощутила колебание воздуха от их крыльев. На взлетной доске плакали сестры, призывая мятежников вернуться, но Флора прошла мимо них, чтобы отдать нектар поникшей приемщице. Единственное, чего ей хотелось, – это как можно скорее передать координаты в зале Танцев и найти способ незаметно попасть к своему яйцу.
Флора вбежала в атриум и остановилась. Полевки стояли там в ожидании, но они совсем не испытывали радости или предвкушения, и, хотя многие прилежно повторяли ее шаги, она не чувствовала их энтузиазма. Флора захотела как-то воодушевить их, однако вся ее энергия была нацелена на то, чтобы попасть к своему ребенку, и она ушла сразу после танца с чувством вины.