– Славьте конец ваших дней, – откликнулись все пчелы.
Полевки вышли, а за ними – полицейские. Пчелы ждали в тишине, и соты у них под ногами также безмолвствовали. Они услышали слабый звук моторов своих сестер на взлетной доске и легкие толчки, когда они поднимались в воздух. Каждая пчела в зале Танцев напряглась, пытаясь расслышать стихающие звуки моторов больных полевок, удалявшихся от улья навсегда.
– Возвращайтесь к работе, – распорядилась Премудрая Сестра. – Подготовьтесь к Проверке здоровья.
Атриум моментально опустел. Сестры кинулись врассыпную подальше от полицейских, и Флора примкнула к большой группе уборщиц. Они направлялись в морг, чтобы избавиться от тел пчел, умерших вчера, и за ними надзирала очередная Сестра Вьюнок.
– Из-за отравленной пыльцы вы сбросите тела далеко за пределами сада, – сказала она им. – И вы не вернетесь.
Работницы в тревоге переглянулись, но Сестра Вьюнок только улыбнулась:
– Это принесет славу вашей породе! Все равно вас так много, что мы легко можем пожертвовать несколькими ради безопасности улья. Это ваша привилегия: Смиряться, Подчиняться и Служить!
Когда уборщицы стали бессвязно бубнить что-то в ответ, Флора услышала крик боли. Она совсем близко учуяла запах Лилии-500, смешанный с резким запахом полицейских.
– Дайте мне умереть с честью, – прозвучал хрипловатый голос старой полевки. – Позвольте мне отправиться с моими сестрами полевками. Обещаю: я не вернусь…
И она вскрикнула, как от удара. Звуки шли из мусорной камеры около морга.
– Я вас умоляю, – снова послышался голос измученной Лилии-500, – хотя бы убейте меня, прежде чем бросить Мириадам. О, мои сестры меня покинули! Я хочу видеть сестер!
Флора оставила других уборщиц, направлявшихся в морг, и устремилась на поиски Лилии.
Ноги старой полевки подрагивали на восковых плитках, а ее крылья были переломаны у основания. Полицейские, тащившие ее за шкирку, по паре с каждой стороны, повернули в направлении взлетной доски. Даже снаружи, на свежем воздухе, их резкий запах вызывал боль в антеннах Флоры, пока она бежала за ними.
– Пожалуйста, – обратилась она к ним, – позвольте мне проводить сестру!
– Лилия-500 приговорена к смерти. Ты хочешь разделить ее участь?
– Нет, Офицер, только помолиться с ней. Я слышу ее зов.
Флора упала на колени. Она смотрела на ноги полицейского с мощными черными шпорами и чувствовала запах другой породы.
– Полевка не чиста.
– Да, Офицер, но я выношу отходы и не боюсь заразиться. Смиряться, Подчиняться и Служить.
Полицейские молчали, хотя их антенны что-то передавали друг другу. Они отошли в сторону.
– Быстро, – сказала одна из пчел полицейских. – Ее приговорили к смерти в изгнании.
Флора приблизилась к Лилии. Каждый сустав старой полевки был сломан.
– Это чтобы я не смогла вернуться, – прошептала Лилия. – Как будто я хотела жить после своей ошибки. – Она взглянула на Флору. – Я тебя знаю…
– Я видела ваш танец. Вы были такой сильной и прекрасной, и я хотела следовать за вами, но…
Флора не смогла договорить. Дюжина черных ног со шпорами приблизилась к ней.
– Прошу вас, офицеры, мы должны помолиться…
Лилия-500 плотно прижала свои антенны к антеннам Флоры.
– Откройся! – прошептала она. – Не теряй время…
Что-то мощное стремительно пронеслось по антеннам Флоры, и ее мозг заполнили множество звуков, запахов и образов. Она больше не чувствовала пинков полицейских, отбросивших ее.
Когда Флора снова смогла видеть, Лилии уже не было, только одна полицейская пчела стояла неподалеку на доске, глядя вверх в ослепительно-синее небо. Высоко за пределами сада крохотное черное пятнышко разделилось надвое. Одно стало падать к земле, а другое устремилось к улью.
Флора встала, ощущая всполохи и ароматы цветов и лепестков. Небо было широким и чистым. Но прежде чем она смогла раскрыть крылья, вторая полицейская пчела приземлилась позади нее.
– Номер и порода, – произнесла она.
Ее голос резал слух, и Флора увидела кровь Лилии на ее жвалах. Если бы она взлетела сейчас, ее сбили бы в воздухе. Она покорно опустила антенны.
– Флора-717. Уборщица.
– Тогда иди в улей.
Флора побежала в улей, а в ее голове звучал голос и возникали воспоминания Лилии. Они еще долго не оставляли ее, даже когда она смешалась с другими уборщицами.
Глава 14
Флора присоединилась к первой встреченной ей группе уборщиц, которые выскребали зал Танцев. Они работали в суровой тишине, ведь нигде во всем улье не было сот более чувствительных к химическим сигналам пчелиного семейства, и они передавали вспышки страха и боли, пока в улье продолжалась Проверка здоровья. Множество флор уносили в морг мертвые тела домашних пчел, павших жертвой странного недомогания, рты которых источали болезненный запах загрязненной пыльцы, а головы бессильно покачивались после ритуала Благодати.