Когда я его за ноги поволок в тень, под защиту от солнечных лучей, он застонал и открыл глаза. Помощник капитана хотел, было задать какой-то вопрос, но промолчал, только облизнул распухшие губы. Я сказал:
- Несмотря на прежние обстоятельства, я испытываю чувство радости от встречи с вами. В противном случае вы бы изжарились на солнце, вас бы съели крабы или пчелы добили.
- Благодарю, - сказал он коротко.
Устроив его в тени, предложил:
- Сейчас я принесу вам бульону, подкрепить силы. Могу и мяса, если вы сможете его прожевать.
Покусанный пчелами погримасничал:
- Наверное, не смогу, но попробую.
Принеся из пещеры вчерашний бульон, я уселся поодаль поудобнее.
- Думаю, вам есть, что мне рассказать.
Он кивнул головой – да-да, мол – и принялся через край миски хлебать бульон. Потом сунул руку, выловил кусок мяса, сунул за щеку и стал жевать, отчаянно гримасничая. Не проживал, выплюнул и снова принялся прихлебывать бульон.
За двое суток на острове он здорово оголодал.
Я достал из кармана трубку и набил ее табаком. Выпустил одно за другим несколько колечек голубого дыма, которые тут же развеял свежий бриз.
Кастрюля была большая и полная – помощник капитана решил передохнуть. Отставив ее, он сделал глубокий выдох, сопровождаемый утробным рыком.
- Я только не понял – как вы меня нашли?
- Совершенно случайно. Люблю, знаете ли, утрами гулять по берегу. Но поскольку в лагуне стоит ваше судно, вышел на внешний.
- Что на судне?
- Бунт. Капитана застрелили и выбросили за борт. По крайней мере, я видел, что он не поплыл, а утонул.
- Вот видите, что вы натворили. Ну да ладно, дело сделано – дальше что?
Он снова взял кастрюлю в руки, прихлебывал мелкими глотками и навострил уши, готовый слушать (слушаться?) меня. Что-то с мужчиной происходит не то – подумал я – не мог помощник капитана, проголодавшийся и покусанный пчелами, напрочь преобразиться за кастрюлю супа. Просто Пятница какая-то получается – повелевай, Робинзон!
- Послушайте, ничего, если я задам вам один вопрос? – я старался говорить нормальным тоном.
- Меня зовут Ферран, Аугусто Ферран.
- Тем не менее я вам задам его. Вы довольны были своей службой на вашей посудине?
- Причем тут доволен или нет? Если есть работа, ее надо исполнять, а удовольствия в кабаке за столом или с девкой в постели. Вы-то какую цель преследовали, подбив матросов на бунт?
- Хочу захватить корабль и поднять на нем «Веселого Роджера». Как вы на это смотрите?
- Если будет вакансия помощника капитана в вашей команде, готов приступить к обязанностям. Или матросом.
Я посмотрел на него внимательней – вроде не врет. Хотя, конечно, лучше быть офицером на пиратском корабле с возможностью сбежать в первом порту, чем искусанным пчелами на необитаемом острове. Будь у меня в подчинении команда, я бы поставил этот вопрос на их усмотрение. Лично меня преобразование подверженного нападению пчел не убеждает – что-то здесь не то. Но на корабле бунт и пьянство. Помощник капитана Аугусто Ферран – единственный, кто изъявил желание мне служить. Выбора нет.
Ты сделал все, что мог, утешал я себя, глупо мучиться от мнимой вины. Но убедить себя не удавалось. Мысль о том, что бунт пошел не по задуманным правилам, и уже убит капитан, причиняла почти физическую боль.
Почаще купаться: морская вода лечит, - посоветовал я Феррану Аугусто и, пообещав принести ужин, отправился в свое жилище.
Уже подходил к непроходимой стене леса, окружавшей мою палатку, как вдруг увидел на высоком шесте матросскую рубаху. За этим что-то должно скрываться. Или кто-то. Меня выследили? Мне угрожают?
- Это что за фигня? – крикнул я. – Что это такое? Намек? Какая-то угроза? Расчет на то. что я наложу в штаны от страха?
- Ничего из перечисленного вами, - услышал я голос, и два моряка, уже виденных мною на вельботе, поднялись с травы из-под куста с мушкетами в руках. – Это всего-навсего мы. Вас видели на верхушке этой скалы. Наверное, вон в той пещере вы живете. Но подхода к ней мы не нашли. Сидим и ждем – поставили знак, чтобы вы мимо не прошли. Принимаете гостей, сударь?
Я, побледнев, смотрел на них.
- Мой дом – моя крепость, туда никому ходу нет.
- А если вот так? – они дружно взвели курки у мушкетов и направили их стволы в мою грудь.
- Вас не затруднит объяснить цель вашего визита? – уже более вежливо попросил я и сел на траву, по-турецки сложив ноги.
Один из визитеров тоже сел, положив рядом мушкет. Второй стоял за его спиной, так и не опустив собачку ружья.