— Иди к нам, Серино.
Серино ещё минуту колебался, а потом вышел из укрытия. Этот незнакомый взрослый, если приглядеться, был не такой уж страшный, у него были добрые глаза и тёплые ласковые руки, а ещё он умел придумывать новые интересные игры, какие им с Илидором раньше даже в голову не приходили. Через полчаса в детской можно было наблюдать такую картину: Фалдор ползал по ковру на животе, а Илидор и Серино сидели у него на спине. Это было путешествие на морском чудовище, роль которого исполнял Фалдор; Илидор управлял «чудовищем», всматриваясь в бескрайнюю морскую даль, а Серино, пристроившись у него за спиной, спасал разбросанные по поверхности «моря» игрушки. Потом путешествие превратилось в спасательную операцию: диван стал спасательным судном, капитаном которого был Фалдор, а Илидор и Серино были спасателями. Фалдор бросал на ковёр мягкие игрушки и кричал:
— Человек за бортом! По левому борту! — Следом летела вторая игрушка: — Человек по правому борту!
Первого «утопающего» бросался спасать Илидор, второго хватал Серино. Игрушки Фалдор брал из кучи перед диванчиком, а когда вся куча перекочёвывала на диван в процессе спасения, он перекладывал её обратно, и вся операция начиналась заново. Они увлечённо играли в «человека за бортом» целых сорок минут, потом стали играть в обучающую игру с буквами: дети нажимали на клавиатуре кнопки, а на большом световом экране с мелодичным звоном возникали разноцветные, завораживающе красивые буквы, которые могли складываться в слова. Илидор уже знал алфавит и мог писать слова на слух — не без ошибок, но с большим увлечением. Серино знал ещё не все буквы, но мог написать своё имя. Фалдор вместе с Илидором научили его ещё нескольким буквам, и Серино научился писать имя «Фалдор».
— А ты можешь написать, как зовут твоего папу? — спросил Фалдор.
Малыш кивнул и набрал на клавиатуре крошечным пальчиком: Йорн. Фалдор насторожился.
— Твоего папу зовут Йорн?
— Да, — сказал Серино.
— А кто же тебе господин Джим?
Серино затруднялся ответить. Подумав, он сказал:
— Тоже… папа.
Илидор пояснил:
— Серино привезли из приюта. Там он жил вместе с другими малышами. Мой папа — не настоящий его папа, а… это… приёмный, вот. А настоящий папа Серино — дядя Йорн, наш садовник.
— Йорн работает у вас садовником? — воскликнул Фалдор.
— Да, — сказал Илидор. — Он очень высокий и сильный, как лорд Дитмар. Он прилетел откуда-то издалека. Он живёт в домике в саду. Его домик маленький. Он весь как наша комната.
Фалдор был обрадован и взволнован. Это мог быть только тот самый Йорн, его мантубианский товарищ. Надо непременно навестить его, решил Фалдор. Как только он уложит Илидора и Серино на тихий час, он возьмёт младенцев на прогулку и отыщет в саду этот домик.
Вошёл Эгмемон.
— Детки, пора обедать, — объявил он. — А ну-ка, мыть ручки! — И добавил, обращаясь к Фалдору: — Ванная в конце коридора.
Фалдор был потрясён размерами, оснащением и роскошной обстановкой ванной комнаты. Пока он стоял, разинув рот, малыши уже семенили навстречу изящно одетому молодому человеку с ярко-голубыми глазами и красивыми чёрными бровями. Молодой незнакомец был совершенно лысый, как дворецкий Эгмемон, только его гладкую голову украшал розовато-бежевый узор татуировки. Опустившись на колено, он принял в объятия обоих малышей, у которых, по-видимому, пользовался популярностью.
— Здравствуйте, маленькое сиятельство, — ласково сказал он Илидору. И поприветствовал Серино: — Приветствую и вас, сударь мой.
Илидор без особых церемоний чмокнул его в губы, а Серино застенчиво подставил щёчку. Поднявшись, молодой щёголь обратил завораживающий взгляд своих светлых глаз с чёрными ресницами на Фалдора.
— Добрый день, — сказал он. — Меня зовут Эннкетин, я смотритель ванной комнаты и помощник дворецкого.
— Я Фалдор, — пробормотал Фалдор.
— Вы будете присматривать за детьми?
— Так точно. Сейчас им пора обедать, мы пришли мыть руки.
Эннкетин принёс скамеечку, встав на которую, Илидор вымыл руки сам, а Серино воспользовался помощью Эннкетина. Фалдор заметил, что у смотрителя ванной были очень ухоженные и красивые руки с изящными пальцами, которые очень бережно и нежно мыли крошечные хрупкие ручки малыша. Они выполнили поистине ювелирную работу, промыв каждый малюсенький пальчик, а потом Эннкетин, встав на колено, осторожно промокал ручки Серино полотенцем. Уходя из ванной, Илидор обернулся и послал ему воздушный поцелуй, а Эннкетин, поймав его, с улыбкой приложил к своим губам.