— Ну, вот и всё, малыш. Всё кончилось. Едем домой.
Дитрикс не нашёлся, что сказать. Всё это было странно, жутко и надрывало сердце. Он не придумал ничего лучше, чем встать по стойке «смирно», провожая взглядом поднимающийся в воздух флаер.
Лорду Дитмару тоже требовалось умыться. Дитрикс лил воду ему на руки, а лорд Райвенн подал платок. Умыв мертвенно-бледное лицо, он утёрся платком, и его руки при этом тряслись. Лорд Райвенн достал карманную расчёску и заботливо причесал его мокрые волосы.
— Всё хорошо, Азаро, успокойтесь, — проговорил он.
Дитрикс, сев рядом с лордом Дитмаром, крепко обнял его за плечи.
— Успокойся, отец… Всё кончено.
— Да, — глухо ответил тот. — Кончено…
— Милорд, — обратился Дитрикс к лорду Райвенну, — давайте сейчас вернёмся в «Три золотые звезды». Нужно обсушиться и немного прийти в себя, особенно отцу. Видите, как его трясёт?
Лорд Райвенн взглянул на лорда Дитмара и согласился:
— Да, пожалуй, это не помешает.
В дороге они молчали, Дитрикс не выпускал руки отца из своей. Он нарушил тишину первым, сказав:
— Если честно, победителем я себя не чувствую. Мне не по себе.
Ему ответили молчанием. Лорд Дитмар молчал горько, капитан Шаллис — задумчиво, а что касается лорда Райвенна, то он вёл флаер, так как у него единственного из всех не дрожали руки.
Через пятнадцать минут они все сидели за столиком в «Трёх золотых звёздах». В заведении имелись полотенца, и по заказу лорда Райвенна они были им принесены. Перед капитаном Шаллисом и лордом Райвенном стояли стаканы мергита, а себе и отцу Дитрикс заказал по рюмке глинета. С явным неудовольствием выпив свою, лорд Дитмар проговорил:
— Я сказал Джиму, что встречаюсь со своим другом и коллегой по академии.
— Значит, тебе нужно напиться, чтобы было правдоподобнее, — сказал Дитрикс. — Да и вообще тебе сейчас просто необходимо напиться… Всё-таки не каждый день ты дерёшься на дуэли и убиваешь кого-то.
Лорд Дитмар поморщился.
— Ах, не говори об этом, сын. Жутко вспомнить. Они оба всё-таки были ещё совсем дети… Мои студенты. Как это всё ужасно…
— Согласен, приятного мало, — сказал Дитрикс. — Но не забывай о том, что они сделали. Впрочем, признаю: этот рыженький, Эммаркот, показался мне не таким отъявленным мерзавцем, как тот, твой — Макрехтайн, кажется. Под конец у меня создалось впечатление, что он слегка рехнулся, бедняга… Я от души сочувствую генералу Эммаркоту. Представляю себе, что он испытает, когда ему привезут тело… Он вырастил отличного старшего сына, майора Биргена Эммаркота, но вот со вторым сыном вышла осечка… Что ж, в семье не без урода. Однако, и мерзкая же погодка выдалась сегодня!
И Дитрикс принялся энергично растирать голову полотенцем. Повесив его себе на шею, он откинулся на стуле и громко приказал:
— Официант! Нам бутылку глинета и маленький графинчик маиля*.
— Сию минуту, сударь, — последовал ответ.
— Мне чашку чая, пожалуйста, — прибавил лорд Райвенн. И пояснил, понизив голос: — Я предпочитаю не пить, перед тем как садиться за штурвал флаера.
— Да пустяки, милорд, — сказал Дитрикс. — Включите автопилот, только и всего. Тяпните с нами рюмочку-другую, ваша светлость, не отказывайтесь!
Лорд Райвенн улыбнулся и покачал головой.
— Благодарю вас, друг мой, но мне лучше воздержаться. Кто-то из нас должен всё-таки быть трезвым.
— Мне вообще не слишком нравится эта затея, — проговорил лорд Дитмар подавленно. — Я не очень жалую спиртное, а напиваться пьяным — тем более… Я бы сейчас лучше выпил чаю или горячего асаля**.
— И всё-таки я настоятельно рекомендую надраться до чёртиков, отец, — сказал Дитрикс. — Это хотя бы замаскирует твоё состояние и поможет расслабиться. Сегодня ты пережил жуткий стресс.
Когда заказ принесли, Дитрикс налил в рюмку лорда Дитмара глинета пополам с маилем. Капитан Шаллис заметил:
— Ты бы поосторожнее, а то как бы от этого коктейля у милорда с непривычки не снесло башню!
— Ничего, — сказал Дитрикс. — Ему это сейчас нужно. Отец, выпей, это тебя согреет и уймёт дрожь.
Лорд Дитмар дрожащей рукой взял рюмку и спросил нерешительно:
— Сынок, ты уверен, что мне так необходимо напиваться?