Было отчётливо видно, как Виас желал меня придушить, но я не отступала и с вызовом на него смотрела.
— Нет, ещё кое-что. Кому в столице ты можешь полностью доверять?
Вопрос поставил меня в тупик. Кому? Да я никому во всём мире не доверяю.
— А вам зачем? — с подозрением сощурилась я.
Архимаг вынул что-то мелкое из кармана и сунул в мой.
— Не доставай на чужих глазах, — велел он мне, — это артефакт короткой связи, очень редкий. Он парный, и мне нужен кто-то, кто может с тобой периодически связываться и передавать новости, потому что за мной будут следить.
Теперь я точно была в тупике. У меня кроме семейки в столице и не осталось-то никого, хотя…
— Мелисса, цветочница, — осенило меня, и я пересказала архимагу, кто она и где живёт. Оказалось, что он смутно её помнил, так как её мать до сих пор работает на кухне и периодически подруга захаживает к ней в здание Ордена.
— Она точно надёжная?
— Да, — кивнула я, — ну, если её, конечно, пытать не начнут.
— Ладно, я передам ей вторую часть и объясню, как пользоваться. И повторяю: чтоб сидела тут тихо и не высовывалась, поняла?
— Я не буду сидеть тут всю жизнь, у меня свои дела.
Виас скрипнул зубами, но явно спорить со мной уже устал, а потом развернулся и направился к воротам.
Я повернула голову и заметила, что с порога дома за нами наблюдал Кайл. Он шагнул ко мне, но это был последний человек на свете, с которым мне хотелось сейчас разговаривать, поэтому я как можно быстрее сбежала в выделенный нам дом, а вскоре пришёл и брат.
— Почему ты не сказала им, что у демонов происходит то же самое, и ты хотела поговорить с одним из них?
Он налил горячий чай и протянул мне чашку. Обхватив её холодными руками, я уставилась в окно, но за морозными узорами виднелся только тусклый фонарь да кусок сугроба.
— А зачем? Если ты не помнишь, за демонов меня и упекли на твою заставу в качестве отложенной казни. Я не доверяю этим контрабандистам и понятия не имею, о чём они в принципе договорились. Могу поспорить, реши я отсюда уйти, никто меня не отпустит. И тебя, кстати, тоже.
Сорен облокотился на спинку стула и почесал голову, взъерошив и так растрепавшийся хвостик.
— Деревня обнесена стеной, но со стороны воды можно выбраться, там неглубоко. Периметр охраняют, но, судя по экипировке, внешнему виду людей и оружию, скорее, от диких животных, тут лес вокруг. Ворота под охраной, двое часовых, вооружённых мечами и арбалетами, полагаю, не маги. Однако повторюсь, вокруг лес, нужна хотя бы лошадь, пешком ты далеко не уйдёшь, тем более зимой. Так что, если хочешь сбежать, то нужно продумывать варианты с учётом мага-поисковика и твоего дражайшего бывшего боевого мага.
Я вытянула губы, обдумывая его слова, но в итоге покачала головой.
— Я пока не хочу никуда бежать, да и понятия не имею, куда, если уж на то пошло. Нужно подождать и понять, что происходит. Но если всё же решу, ты со мной?
— Конечно, — брат смерил меня полным недоумения взглядом, будто я сказала глупость. — Я планирую исправить весь тот бардак, в котором все эти годы участвовал.
Глава 5
Новый император Грейсон сидел за круглым столом совета и читал последние донесения о происходящем на севере ужасе. Он даже в самых страшных кошмарах не мог предположить, что та самая война, с которой он собирался покончить раз и навсегда, на самом деле является не ширмой для сдерживания власти предыдущего императора, а ещё большим ужасающим секретом. И снова магия… Поганая магия портит и искажает всё, до чего добирается.
Отложив бумаги, мужчина нахмурился и воинственным взглядом окинул всех архиепископов-советников, что также хранили эту тайну столетиями. Но проблема заключалась в том, что и ему следовало поступить так же. Нельзя было допустить паники среди населения, могут вспыхнуть мятежи. В столице и так уже произошёл переворот, убито слишком много знати и высокопоставленных членов империи. Грейсон силой гасил новые вспышки сопротивления на корню и уничтожал зачинщиков, не позволяя зародиться революции. Однако, если о скверне узнают провинции и захотят отделиться, подавить подобные мятежи будет уже крайне сложно. На севере и так неспокойно. Бирген не раз уже высказывал недовольство о пошлинах на тиазалит, которыми «душила» их империя. Да и Южная застава периодически показывала тревожные знаки. Близость Мглистого леса и постоянная угроза вкупе с не таким уж высоким жалованием солдатам вызывали волнения. Но слишком много средств казны уходило на закупку и тайную переправу рабов на Северную заставу.