У меня даже слов не нашлось. Я просто молча открывала и закрывала рот, выпучив глаза. Послышался глухой стук в дверь, Виас посмотрел куда-то поверх кристалла.
— Мне нужно идти, — тихо сказал он, — жди весточку от подруги. До связи.
Силуэт погас, и некоторое время мы все сидели в полной тишине. Мне даже казалось, я слышу скрип мыслей в чужих головах, да и свои укладываться совершенно не хотели.
— Приказы, босс? — спросил Крейвен, медленно поглаживая густую бороду.
— Отгоните виверн в убежище к горам, — сказал он. — Усильте периметр и поставьте часовых на внешние точки. А ещё отправьте в Эвию и города на границе наблюдателей, пусть смотрят за стражей и Инквизицией, и если вдруг что, сразу докладывают. Тигг, — посмотрел он на худого мужчину, — пусть маги убедятся, что маскировочный контур исправно работает. Айви, слушай, что творится в деревне. И оставьте нас с Кьярой вдвоём.
Я даже сообразить не успела, как дверь закрылась с той стороны, и мы остались одни. Кайл убрал дальновизор в карман, потом откинулся на спинку стула, сложил руки на груди и с вызовом уставился на меня. Его карие глаза, казалось, почернели. Я насупленно на него взирала и думала, стоит ли пытаться встать и уйти, или дверь таки закрыта на замок.
— Что ещё за история с демонами? В подробностях, — требовательно проговорил он.
Так Виас ему ничего не сказал? Занятно.
— Не твоё дело, — холодно процедила я сквозь зубы. — После всего, что ты сделал, ты даже смотреть в мою сторону не имеешь права. Я себя по кускам несколько лет собирала после твоего исчезновения, думала, что не соберу, настолько плохо мне было. Так что скажи спасибо, что я вообще с тобой разговариваю, а не вцепилась тебе ногтями в рожу.
На лице мужчины заходили желваки, и он напряжённо дёрнул плечами.
— Это дело далёкого прошлого, пусть там оно и остаётся. А пока ты находишься здесь, то это моё дело. Тем более, когда за тобой, а за компанию и за всеми нами, охотится Инквизиция, да и в принципе вся империя. Потрудись объяснить.
— Я вполне могу уйти. Да мне с тобой даже в одной деревне мерзко находиться. И я не просила меня тут держать, это же ты приставил ко мне охрану, ну, точнее, тюремщиков.
— И куда же ты пойдёшь? — скептически спросил он, пропуская мой тон и все колкости мимо ушей.
— Не припомню обязанности перед тобой отчитываться, — оскалилась я.
Кайл аж побагровел, но потом взял себя в руки, откинулся на спинку стула и внимательно посмотрел на меня. Я же уступать ему тоже не собиралась и упрямо смотрела ему в глаза всё тем же уничижительным взглядом. Иногда-таки проскальзывала мысль вцепиться ему в лицо.
— Давай я тебе кое-что объясню, детка, — деловито начал он. — У тебя нет способа сбежать из империи, как ты этого, уверен, хочешь. В Инквизиции есть особые протоколы, и я уверяю, что сейчас проверяется даже самый захудалый кораблик, так что по морю ты никуда не денешься. Перелететь горы на вивернах не сможешь, они там не летают из-за драконов. Зимой горные перевалы недоступны, а штольни сейчас затоплены. В Исвальде в одиночку ты не выживешь — это очевидно. Ну так что, будем и дальше ругаться, или ты пойдёшь мне навстречу и ответишь на пару вопросов?
Теперь уже я откинулась на спинку стула. По какой-то причине он держит меня здесь, а не вышвырнул из деревни ещё вчера. Так что посмотрим, кто кого.
— Я тебе не детка, Кайл. И я хочу извинений.
Маг медленно выгнул одну бровь, а я вскинула подбородок. Раз он от меня что-то требует, пусть хотя бы для вида извинится за свой отвратительный поступок.
— Ты разбил мне сердце и сделал очень больно. И даже раздолбай я тебе всё лицо, пожалуй, я не успокоюсь, пока ты не признаешь, что поступил подло, и не извинишься. По мне — это честно.
Он поджал губы, а в его глазах прямо-таки отображалась мучительная борьба. Мы сидели в тишине минут пять. По крайней мере, мне так показалось, но наконец он вздохнул и отвёл глаза.
— Ладно, — недовольно фыркнул он и снова взглянул на меня. — Я поступил как мудак, признаю. И мне действительно жаль, но у меня были на то свои причины. Мне пришлось спешно покинуть Саинберг, и ждать я уже не мог. Извини, что это принесло тебе боль.
Не знаю, честно он это говорил или нет, и я была уверена, что мне будет всё равно на любые его слова, я просто хотела самого факта извинений, но почему-то они меня затронули. Где-то глубоко внутри. Наверное, спустя годы и все те мучения, мне просто нужно было это услышать. Я даже слегка стушевалась под его пристальным взглядом, но он снова отвёл глаза, и воцарилась неловкая тишина.