— Тяжёлые времена делают из людей монстров, сестрёнка, но вряд ли у нас теперь будет шанс стать обратно людьми. Ещё чаю?
— Да пожалуйста.
Пока Сорен наливал мне новую чашку, шарф сполз с его шеи, и я заметила длинный шрам почти поперёк шеи, судя по рубцу, порезали глубоко.
— Кто это тебя так? — охнула я. — От скверны отбивался?
— Почти, — брат тронул шею и слегка потёр шрам рукой, а потом подошёл к печке и закинул несколько поленьев. — Люди постоянно пытаются бежать. Случился мятеж. Один из беглецов напал сзади и почти перерезал мне горло, к счастью, целитель был недалеко и залечил, иначе я бы тут не стоял.
— Кому-нибудь удавалось бежать? — как бы невзначай спросила я и сделала глоток.
— Нет, — он развернулся ко мне и закусил губу, а между его бровями залегла глубокая морщина, — но тебя отсюда нужно как-то вытаскивать.
От удивления я чуть не подавилась.
— Ты серьёзно? Это же измена, тебя за такие слова могут и казнить, — я внимательно на него посмотрела и недоверчиво сощурилась. — Или это ты меня так проверяешь? Я ведь самая опасная преступница в мире.
Брат усмехнулся, качнул головой и сложил руки на груди.
— Не могу же я дать погибнуть своей сестре, пусть даже та навызывала демонов. В свете того, что столетиями происходит на Северной заставе, и тому, что я делаю сам… — он поджал губы, но потом снова посмотрел на меня, и выражение его лица стало чересчур болезненным. — В общем, так… Я знаю, что вам предложил Роберт, и ты на это предложение согласишься.
— Что? — вскочила я и чуть не облилась горячим чаем. — Ты охренел?
— Сядь, — приказал он, — и дослушай.
Я нехотя опустилась на стул, сверля его крайне злобным недоверчивым взглядом. Если он мне предложит спать с этой солдатнёй, не посмотрю, что брат, и шарахну заклинанием.
— Я скажу командиру, что ты — только для меня, но никто не должен знать, что мы родня. Никто вообще. Иначе сразу всё поймут. Буду периодически приводить тебя сюда на ночь. И за это время, надеюсь, придумаю, как тебя отсюда вытащить.
И снова я задумалась, а не проверял ли он меня? Спасибо всем тем, кто предавал меня из раза в раз, теперь мне сложно довериться хоть кому-то. С другой стороны, ничто не помешает Сорену отдать меня скверне без всяких проверок, просто по личному желанию, так что и ни к чему, по идее, подобные проверки.
— Думаешь, получится? Тут столько солдат…
Я, конечно, очень надеялась, что архимаг меня отсюда как-то вытащит, но если у брата получится сделать это раньше, возражать я не стану.
— Не уверен, всё непросто. Ты же артефактор? — он вопросительно посмотрел на меня и после моего кивка принялся ходить туда-сюда по комнате, явно что-то обдумывая. — Мне нужно кое-что проверить и забрать ключ от твоего ошейника, а ты пока вернёшься в камеру. Командиру я сам всё скажу.
— Ладно, только у меня есть условие: не трогай Айви и другим прикажи её тоже не убивать. Возможно, она мне будет нужна.
— Что за Айви? — поднял он бровь.
— Ифлисса, которая сегодня за меня заступилась, а ты пригрозил её завтра скормить скверне.
Брат резко помрачнел и с недовольством на меня посмотрел, но потом нехотя кивнул. Он снова отошёл к шкафчику, а потом вручил мне мешочек с мясной и сырной нарезкой. Не хотелось уходить от печки и возвращаться в ледяной барак, но задерживаться тут дольше нельзя, иначе будет выглядеть совсем уж подозрительно.
На обратном пути я изо всех сил старалась запомнить особенности лагеря, но дурацкий снег настолько усилился, что я с трудом могла вообще идти, а около калитки в часть с бараками и совсем пришлось ждать, пока часовые откопают дверь. Я даже успела здорово замёрзнуть. А ещё это говорило о том, что магов тут или очень мало, или их силы берегут, потому что чистят снег обычными лопатами вместо того, чтобы за пару секунд растопить его магией. Нужно будет спросить у брата, сколько их тут вообще. А раз император запрашивал новую партию, то старая, по идее, уже кончается?
Брат… Не думала, что снова его увижу хоть когда-либо. Просто поверить не могу, хотя провела с ним весь вечер. И вот мы встретились в самом безумном месте, которое только можно придумать. Не уверена, что могла ему хоть сколько-нибудь доверять. Мэтт научил меня не быть такой наивной дурой, но мне хотелось дать Сорену шанс. И если он действительно поможет мне сбежать, сам, а не по указке, допустим, Инквизиции, и если у меня получится, то потом нужно будет вытащить его из этого про́клятого места. Тем более, если он говорил правду, и скверна всё активнее расползается, то места этого вскоре и вовсе не будет.