— А купить из-под полы? Если что, деньги имеются.
— Да что вы такое говорите, я законопослушный гражданин — искренне возмутился служка. И тут же добавил: — разумеется, есть черный рынок, но без связей и протекции с вами никто разговаривать не будет. Да и цены там, сами понимаете… кусаются.
По итогу пришлось купить нож. Я долго мучал продавца, заставляя доставать то один образец с прилавка, то другой. Каких здесь только лезвий не имелось: и обыкновенных прямых с долом, ошибочно именуемым в народе кровостоком, и изогнутых на манер лепардова когтя, и волнистых, будто кучерявый волос. Были и совсем уж выдающиеся экземпляры, к примеру с рукоятью, вырезанной из слоновьего бивня. Спрашивается, к чему такое чудо? Всякому же известно, что главная ценность ножа — это лезвие, а переплачивать семь тысяч кредитов ради красоты? Отродясь в кармане лишних денег не водилось, потому и взял простую модель: с плотной рукоятью из клена и лезвием длиною чуть меньше ладони. Не работы гарденских мастеров, но для защиты вполне сгодится.
Заодно прикупил чехол на пояс. Дрянное вышло приобретение, не пойми из какой кожи сделанное: тонкое, грозящее разойтись по шву при первой же непогоде. Ну и плевать, не на всю жизнь беру.
Укрыв нож полой сюртука, я остался довольным: и деньжат сэкономил, и защитой обеспокоился. Для полноты счастья оставалось лишь набить утробу.
Забегаловка обнаружилась по соседству, стоило лишь выйти из оружейной лавки и свернуть за угол.
Подлетевшему служке заказал знакомое блюдо из вареной картошки с мясом. Откинулся на спинку стула, и копируя местных завсегдатаев, принялся потягивать чай.
В небе никуда не торопясь проплывали облака и мои мысли под стать им, лениво шевелились в голове.
Верно в народе говорят, что утро вечера мудренее. Еще вчера не знал, что буду делать, а сегодня сам собою родился план. Пускай не такой мудреный, как в иных сказаниях про хитрого скомороха, но уж каков есть. Все лучше, чем плыть по течению, рассчитывая на капризную птицу Хумай.
Расплатившись за поздний завтрак, я поднялся и направился в сторону городского центра. По пути заглянул в пару магазинчиков, но от дальнейших покупок решил отказаться. И без того порядком поиздержался, отвалив за новенький нож с чехлом пять сотен кредитов.
Главный проспект встретил привычной толчеей и шумом проносящихся мимо повозок. Все куда-то спешили, бежали, и только горластые мальчишки стояли на месте, размахивая стопкой листов.
— Сенсация-сенсация, ужаснейшее торнадо обрушилось на западные регионы Конфедерации. Разрушены целые города и села, в краю тысячи погибших и обездоленных, — надрываясь во всю, голосил мой старый знакомец. — Читайте только в свежем номере Трибуны! От сердечного приступа скончался хозяин судоверфи. В городе грядет большой передел.
Заметив меня, он тут же умолк. И уставился по-детски смешно, нахмурив белесые брови.
— А-а, приперлись господин-хороший. Я уж надеялся, что вы того — померли от непомерной жадности. Нате вот, держите.
Я молча посмотрел на протянутую газету.
— Не надо? А чего тогда голову морочите честным людям? Шли куда-то, ну вот и идите своей дорогою.
— Денег заработать хочешь?
Мальчишка принялся изучать меня. Долго присматривался, пока не пришел к одному ему известному выводу. Потрескавшиеся губы исказила ехидная улыбка:
— Из глиномесов будете?
— С чего это? — удивился я. Сроду Сигу из Ровенска за гончарных дел мастера не принимали. Все больше за ворье, коим по факту и являлся.
— Уж больно вы мутным выглядите, господин-хороший. Все ходите, чего-то вынюхиваете. Так вот знайте — я не по этим делам. Если покуражиться надо, то тогда вам прямая дорога в бордель. Здесь ловить нечего, а станете приставать — мигом старших свистну. И тогда…
Я не выдержал и отвесил звонкий подзатыльник. Покрытая светлыми волосами голова мотнулась в сторону, будто спелый цветок подсолнуха на тонком стебле. Большие глаза испуганно уставились на меня.
— Больно много болтаешь, щегол.
— Я не щегол, — произнес тот с затаённой обидой. Пальцы принялись теребить волосы на отбитом участке.
— До другой птицы пока не дорос… Тебе деньги нужны или будешь обиженного строить?
— Вы толком скажите, чего делать.
— Ничего сложного, — успокоил я пацана. — Плачу сто кредитов за информацию о местонахождении экипажа «Оливковой ветви». Слышал про такое?
Мальчишка на миг задумался.
— Это название судна со старого континента, которое на днях в порту арестовали.
— Верно.