— Сигма из Ровенска, надеюсь, ты помнишь условия заключенного договора, — начала девушка официальным тоном. — Скоро конец недели, а результатов нет.
— Это вы так намекаете, что денег я не увижу.
— Почему намекаем — говорим открытым текстом, — ответил Гаскинс заместо баронессы. А у самого глаза блестят, что у кота, обожравшегося сметаны.
Вчера было все нормально, и сестрица казалась вполне довольной жизнью. Так что же случилось? Не иначе, работа отставного гвардии-капитана. То-то у него рожа светится.
— Погодите, я разыскал парней с корабля, узнал информацию о втором пассажире.
— Этого недостаточно.
— Я продолжаю работать… Невозможно успеть всего за одну неделю.
Брови баронессы нахмурились, а голос сделался до одури сладким:
— Бедняжка не успевает. А ходить по кварталу развлечений время есть.
Вот же ж Гаскинс, сука такая — заложил… И как только прознал.
— Попрошу не лезть в мою личную жизнь. И чтобы вы знали, одно другому не мешает.
— Надо же, — притворно удивилась баронесса. — Тогда позволь узнать, как далеко продвинулись твои поиски? Что успел сделать за последние четыре дня.
— Не имею привычки попусту языком молоть. Когда будет результат, тогда и доложусь.
— Вот как будет результат, тогда и получишь деньги, Сигма.
— Я Сига!
Баронесса недовольно сморщила носик.
— Не важно. Можешь идти…
Вот ведь зараза. Только-только отношения с баронессой стали налаживаться и вдруг такой облом. Вряд ли Гаскинс или нанятые им люди устроили слежку. Я подобные вещи за квартал чую — специфика воровской работы. Но если не «хвост», тогда что остаётся? Чей-то длинный и не в меру болтливый язык?
Круг претендентов был крайне узок, поэтому я не стал откладывать разборки на потом. Быстрым шагом пересек двор и буквально влетел во флигель. В тот самый момент, когда Рогги громыхал половником. От разлитого по тарелкам супа исходил приятный грибной аромат.
— Танцор, ты вовремя, — лесным филином проухал Бабура, — садись, откушай с нами.
— Не буду я за одним столом со стукачами сидеть.
Добродушное лицо Бабуры мигом нахмурилось.
— Танцор, ты говори-говори, да не заговаривайся. Отродясь среди нашего брата трепачей не водилось. Правильно я говорю, мужики?
Мужики недовольно переглянулись.
— Сказки можете баронессе рассказывать или Гаскинсу. Хотя, о чем это я? Один из вас именно это и сделал. Признавайтесь, какая сволочь напела про мой визит в бордель?
— С чего ты решил, что это мы? — осторожно спросил Зычник.
— С того, что кроме вас троих об этом никто не знал.
— И что? — раздраженный Рогги бросил половник в кастрюлю. — Я могу перечислить тысячу способов, как раздобыть нужную информацию. У тебя доказательства есть?
Прав был Рогги, зря я вообще все это затеял. В Кирпичном районе за пустую предъяву можно было и перо в бок схлопотать. Хорошо, что у матросов с «Оливковой ветви» были другие привычки.
На следующий день ко мне в комнату заявился Бабура. Спозаранку, когда дом продолжал спать. Ввалился в комнату и позвал на прогулку. Пришлось накинуть сюртук и выйти следом. На улице оказалось необычайно свежо: предрассветный воздух холодил кожу — не спасал даже поднятый воротник. Пальцы, и те зябли в карманах.
Мы миновали двор и свернули на боковую дорожку, усыпанную желудями. Лучшего места для разговора не придумаешь: с одной стороны полотно дороги, с другой — зеленая лужайка. Желающему подслушать и спрятаться было негде: кругом открытое пространство.
Покрутив головой, первым заговорил здоровяк:
— Зря ты вчера это затеял.
— Знаю.
— Ты пойми, Танцор, парни тебе благодарны, что из такой задницы вытащил. Работа пускай и не за деньги — все лучше, чем прозябать в трущобах, пропивая последнее.
— А как же вдовушки в деревне? — не выдержал я.
— Какие там вдовушки, — Бабура с досады махнул рукой, — пьяный треп от безнадеги. В деревне отношение к чужакам еще хуже, чем в город. Здесь хоть какая-то возможность заработать есть… Как не крути, выручил ты нас, Танцор. И парни это понимают.
— Сомневаюсь.
— А ты не сомневайся. Я поболее твоего на свете пожил и знаю, о чем говорю. Только вчерашнее добро легко забывается, когда творится несправедливость.
— Это какая же? — возмутился я. — Обиделись, что деньги баронессы вернул?
— Не только… Месяц назад ты был частью команды: ел, спал, работал вместе со всеми, а нынче в бароны заделался.
— Завидно?