- Амелия, я дождалась пока ты проснёшься, но боюсь мне пора идти домой. Утром необходимо отвезти анкету в пансион.
- Конечно милая, иди. Я как смогу навещу тебя в доме. Будь осторожна и, если что, возвращайся сюда.
- Амелия, я так давно мечтала иметь собственный дом, где буду жить одна. Никто не будет указывать мне как жить, когда вставать, что делать и прочее. Дай мне насладиться одиночеством. К тому же я решила нанять горничную на время. Во время учёбы мне будет не до стирки и уборки. Может и кухарку найму.
Я улыбнулась ей.
- Иди уже, госпожа новоиспечённая. Я как смогу- приеду.
После того как Лия ушла, я почувствовала себя немного одинокой. Матушка тоже оставила меня наедине с собой, для того чтобы отдать распоряжения по дому. Через несколько минут в комнату вошла приятная девушка и сказала, что она моя камеристка. Звали её Сильвия. Она помогла мне помыться и одеться. После этого я поела и смогла выйти в сад. Камеристка и ещё одна девушка неотлучно следовали за мной. Сад был прекрасен. Вокруг дома были высажены кусты шиповника, которые начали зацветать. Гортензия розового и белого цвета, огромными шапками свисали с кустов. Кустики лаванды украшали небольшие клумбы. Посреди сада была изящная кованая лавочка под навесом, а рядом небольшой фонтанчик. Я присела и вдыхая ароматы цветов и трав, наконец-то ощутила спокойствие, которого не испытывала несколько лет. Вечером ко мне зашла матушка с мужем и они, присев в кресла, начали разговор:
- Дорогая, ты теперь наша дочь, пусть и приёмная. Но твоё полное имя открывать пока не разумно. - сказал мой отец.
- Я это понимаю и не стремлюсь к известности.
- Это хорошо. - сказал он и продолжил. - На следующей неделе я отвезу тебя в академию и там, ты пройдёшь испытание, которое определит тебя на какой-либо из факультетов. Так же мы в ближайшее время съездим в банк, где на твоё имя откроем счёт. Тебе придётся выучить историю и родословную уже нашего общего рода. И многое другое. А теперь я оставлю тебя с матерью обсуждать ваши очень важные женские дела, а мне на встречу пора.
Я встала и поклонилась ему.
- Катарина, тебе не нужно кланяться своему отцу если в комнате нет посторонних. - моя матушка рассмеялась, а я за ней.
- Завтра утром приедет модистка и снимет мерки. Я приказала чтобы сняла мерки и для корсета. Твой- страшно неудобное орудие пыток.
- Но вы сказали, что мне следует носить его и не жаловаться.
- Я сказала, что одежда твоя, должна быть соответствующей. А это орудие мести безжалостной модистки, мы заменим. Корсет должен туго утягивать, но не нарезать и в области груди должны быть припуски чуть больше. Я удивляюсь этой модели, этот тип корсета почти не используют, в нём и умереть недолго. – маркиза нахмурилась. Я открыла рот от такой отповеди моей модистке. Ну да, это была пожилая женщина, но она всегда шила безупречно. Мне даже как –то обидно стало. Пожилая дама сшила за несколько дней до моего приезда из пансиона, множество вещей и было жалко выбрасывать её труды. К вечеру доставили мои наряды из дома Лии. Я теперь его так называю. Золото я решила оставить пока там, и драгоценности слугам перевозить не доверила. Мы решили, что я сама позже заберу их. К тому же встал один вопрос. А именно вопрос денег. Я прекрасно понимаю, что жить за счёт людей, которые и так приютили меня со всем радушием для меня неприемлемо. Нужно решить вопрос своего пусть и небольшого заработка. Если мне повезёт- то я смогу оплачивать самостоятельно хотя бы небольшие расходы. И надо сказать на этот счёт у меня уже были некоторые соображения. Ткани для модных туалетов стоят невероятно дорого. Все эти шелка, бархат и оторочки с золотыми, и серебряными нитями- это чудовищные деньги. Однако я тоже не белоручкой сидела в пансионе. Пару лет назад, в пансион попала одна обедневшая дворяночка, подругами мы с ней не стали, а вот компаньонками были знатными. Я хотела иметь свободные средства для покупки нижнего белья. Потому как-то, что выдавали в пансионе было ужасным. Грубая ткань, желтовато- серого цвета, которая безбожно натирала- совершенно не годилась для этого. Тут –то мне на выручку пришло новое знакомство. Девушка, которая узнала, что я могу выходить в город, когда отправляют в местный лазарет сама пришла ко мне. Мы с ней договорились, что я за небольшую плату буду понемногу продавать её творения. К моему несказанному счастью, она оказалась мастерицей по кружеву. Такое тонкое и изящное кружево в столице могло стоить бешенных денег, а она продавала его почти за бесценок, лишь бы насобирать немного монет на приятную ткань для нижних сорочек и панталончиков. После первых удачных сделок она любезно согласилась обучить меня плетению кружев. При этом кружева её были исполнены в разных техниках. Так я стала её компаньонкой. Вместе мы плели кружева в свободное время, а затем продавали, когда получалось. С того и жили потихоньку. Всём нам хотелось тогда и бельё получше и мыло не горькое, а с запахом цветочного масла. В те времена была только дна забота, хорошо всё припрятать, чтобы не нашли воспитатели. Сейчас же я с благодарностью и каким-то трепетом вспоминала эти уроки. Если моя задумка удастся – то я попробую предложить свои услуги завтрашней модистке. Может и получиться. Размышления мои недолго терзали мою голову. Я устала за этот день так, что вечером уснула практически сразу, как только моя голова коснулась подушки. Никакие сны мне сегодня не снились Сладкое забытьё забрало меня в свои объятья и до утра не спешило отпускать.