На ум приходят когда-то давно сказанные мне Нором слова. Если заинтересую его – мне конец. Зачем тогда я все это творю?
Так, спокойно, спокойно, спокойно…
– Ну так что? Будем искать Печать? – Бросаю кость, от которой Ристан не сможет отказаться.
Холоден, отстранен, но уже не жаждет моей немедленной смерти. Надменен, побеждает безапелляционно только лишь своим присутствием. Так четко ощущаю его власть, подавляет даже воздух, забирая у него право на существование. Бесподобен.
Нет страшнее чудовища.
Вышвыривает меня из спальни резко и без особых церемоний, хоть не падаю, захлопывает дверь. Делаю глубокие вздохи, пытаюсь успокоиться, берусь за шею, пытаясь понять, какие повреждения мне нанесены…
Или нет.
– Что? – Оглушительным шепотом пытается говорить тише Нор, подскакивая ко мне.
Делаю еще несколько глубоких вздохов прежде, чем успокоиться.
– Я порезала его, – сообщаю.
Глаза Нора и так вполне себе выразительные становятся еще больше.
– Ты… что? – Он возмущенно склоняется к моему лицу. – Мы же с тобой договорились дожить до конца поисков! Ты что творишь?..
Дверь распахивается слишком резко, выходит, шагает нам навстречу. Нор предусмотрительно отступает от этого урагана ненависти, я же стою на месте и улыбаюсь. Смотрю в его фиолетовые глаза – останавливается в сантиметре, воздух едва проходит – но он меня не касается.
– Нор, – не отнимая от меня глаз, зовет Ристан. Вампир выдает решительное: «Да?!». – Собери все символы, что она видела.
– Хорошо, – соглашается вампир, но ближе не подходит.
Мы не закончили. Смакует мгновения до триумфа. Чуть склоняется к моему лицу, улыбается настолько медленно и широко, что невольно вздрагиваю. Но улыбаться продолжаю.
– Пойду, найду Визаро, – сообщает притворной лаской, – у нас сегодня новая встреча.
– Рис, я бы не советовал так часто, это может отразиться на ней…
Нор продолжает что-то там бормотать, а меня выворачивает наизнанку изнутри. Но я не двигаюсь с места, разве что улыбка более не такая уверенная. Понятен его план до последней крупицы. Ладно.
Делаю глубокий вздох, кладу ладонь ему на грудь и медленно веду к шее.
– Похоже, кому-то понравилось играть после пробуждения, – игриво замечаю.
Перехватывает мою ладонь, стискивает запястье до острой боли. Но сдерживаю себя, не даюсь.
Не поддамся тебе, демон.
– Раз это взаимно, сделаю это традиционным нашим совместным ритуалом, – задавливает меня своей ненавистью он.
Выпускает запястье – так сильно сжимал, что даже ладонь побелела, приходится разминать – возвращается к себе и идет в ванную. Нор подходит ко мне и вздыхает.
– Зачем ты его злишь? – Спрашивает.
– Он первый начал.
– Но ты же умнее! – Вдруг заявляет вампир, а я в удивлении смотрю на него. – Раньше же заканчивала. Что теперь?
– Он заставляет меня с ним спать.
– Ты говорила, что ничего не было.
– Иди сам поспи у него на груди, а?! – Возмущаюсь.
– Нет, спасибо! – Морщится Нор.
– То-то же!
– А это, по-твоему, лучше? – Кивает на мое посиневшее от мгновенно образовавшегося синяка запястье, – ну ладно. Играйся дальше. Рис у нас зверюшка безобидная, больно тебе сделать не сможет.
– Не язви.
– Я-то?! – Возмущен. – Ты вообще в своем уме?! Хоть понимаешь, кого злишь?!
– А что ты мне предлагаешь?! – Вскрикиваю в ответ. – Терпеть и на все соглашаться?! Может быть, ты и привык подчиняться, но я – нет!
Разозлился, как надвинется на меня со сжатыми кулаками, нависнув надо мной неотвратимым наказанием. Но я уже завелась, теперь не остановиться.
– Что?! Тоже будешь доказывать свое превосходство силой?! – Кричу. – Думаешь, у тебя получится лучше, чем у него?!
– Замолчи уже! – Сквозь зубы выдавливает.
И я молчу. Делаю глубокие тяжелые вздохи, пытаясь себя хоть немного успокоить. Не получается, но – что поделаешь? Понимаю, что эту игру мне не потянуть. Но, а что делать-то?! Я ставлю на последний рубеж. Все-таки в прошлый раз, когда я Риса кувшином огрела, он меня из своей спальни выдворил. Должно же случиться что-то такое, что бы он и в этот раз это сделал? Не с моим трупом, конечно.
Но ведь это правда. Да, соглашусь, условия не из лучших. Если не сказать больше. Однако! Дело не в выживании. То есть – да, надо бы позаботиться. Но жить рабыней хуже, чем не жить совсем. Подчиняться Ристану? Да, конечно, сейчас, только штаны подтяну. Размечтался.