На лестнице послышались торопливые шаги и голоса. Женщина бросилась к двери, приникла ухом, прислушиваясь.
- Госпожа, решайтесь! – прошептала она. – Дорог каждый миг! Вам надо бежать. Сюда идут. Наверное, они заметили…
- Я боюсь, - воскликнула девушка. – Но… раз нет другого выхода, то…
Красивый юноша, явившийся неизвестно, откуда, протягивал ей руку, улыбаясь так светло и открыто, что у девушки защемило сердце. Кивнув, она подала руку.
Поманив её поближе к себе, Тиар стащил свой пояс и крепко стянул им талию Исмираль. Потом двумя крепкими узлами связал её с собой и жестами показал, как ей надо сцепить в замок руки, держа его за шею, чтобы не свалиться и не удушить спасателя. Исмираль нервно кивнула, чувствуя одновременно отвагу, растерянность и странное возбуждение. Она ведь в тот день загадывала в священной роще желание, чтобы судьба послала ей романтическое знакомство с рыцарем ее мечты. И вот, кажется, желание начало исполняться. Ибо что может быть романтичнее, чем прекрасный рыцарь, который с риском для жизни спасает пленницу? Правда, он без доспехов и оружия, но…
В двери уже застучали кулаки, когда Тиар, казалось, не чувствовавший веса прильнувшей к нему девушки, перекинул ноги с подоконника, упираясь в камень снаружи, и начиная спуск. Леди Эстирель выждала несколько долгих секунд прежде, чем нарочито сонным голосом промолвила:
- Кто там?
- Дамы, это я!
Голос лорда Найлора перепутать с другим было решительно невозможно.
- Что вам угодно? – испуганно переглянулась с оставшимися в комнате девушками пожилая дама.
- Мне немедленно угодно видеть леди Исмираль, - был ответ.
- Боюсь, что это невозможно, милорд. Леди уже легла спать, а вы должны знать, что порядочные мужчины не врываются в комнаты к дамам, когда они…
- К посторонним дамам – может быть и нет, но к своей законной супруге я могу прийти, когда угодно!
- Законной супруге? Но леди…
- Станет ею с минуты на минуту!
- Что вы имеете в виду?
- Не ваше дело! Я вхожу!
- Нет!
Прекрасно понимая, что изнутри они не могут запереться при всем желании – тем более, что дверь и открывалась наружу, а не вовнутрь, - дама Эстирель схватилась за ручку и изо всех сил потянула её на себя. Найлор, не ожидавший сопротивления, ругнулся сквозь зубы и призвал на подмогу мужчин. В ответ и обе оставшиеся девушки кинулись на помощь пожилой даме.
Некоторое время продолжалось отчаянное перетягивание двери из стороны в сторону, но три женщины не могут долго противостоять четырем мужчинам. Последовал резкий рывок, и дверь распахнулась. Дама Эстирель не устояла на ногах. Отступив в сторону, лорд Найлор ворвался в комнату:
- Где она?
Окно с разбитыми стеклами паж успел закрыть, придавив веревку краем рамы, да в его сторону никто и не смотрел. Лорд даже не думал о том, что девушка могла убежать этим путем – хотя бы потому, что большинство эльфов боится высоты. Не зря же так привлекают их акробаты и канатоходцы – глядя на то, как другие ходят по веревке или кувыркаются под потолком, знатные зрители щекочут себе нервы. И куда она пойдёт? На двор? И как спустится? Совьет из простыней канат? Но постель цела…
Уверенный, что беглянка просто спряталась в дальний угол, лорд Найлор кинулся обшаривать все уголки и щели. Обе девушки, паж и кое-как поднявшаяся дама Эстирель молча наблюдали за тем, как он ворошит содержимое сундуков, как ломает ширму, как заглядывает под широкую постель. Каждая секунда увеличивала для беглянки шансы на успех. И, не сговариваясь, её подруги по несчастью решили тянуть время до последнего.
- Где она? – подлетев к пожилой даме, прорычал лорд.
- Я не знаю, - честно ответила та, прямо взглянув ему в глаза. – Леди Исмираль покинула эту комнату, но куда отправилась – мне не сообщила.
- Вы лжете…
- Может быть. Но правда в том, что если вы нас убьете, это не поможет вам в поисках, а вот чести лишит наверняка!
Похищение знатной дамы и лишение её свободы уже грозило бесчестьем. Найлору было просто нечего терять, и он, выбросив руку вбок, схватил за шею мальчишку-пажа. Кинжал нацелился пареньку в глаз:
- Говори!
- Окно…- пискнул тот.
Отшвырнув пажа, как куклу, лорд бросился к окнам, распахивая их одно за другим. Снаружи стояла темень – с этой стороны внутренний двор освещался скупо, лишь сбоку доставали отсветы факелов, бросая длинные тени. Но не заметить тонкую веревку, закрепленную на раме, было невозможно.